Изгой Проклятого Клана. Том 6

А значит им оставалось либо ждать, либо идти по этому маршруту самому.

В любом случае, Илья Вершинин не собирался оставлять своего недавно обретенного господина и племянника здесь, в чужом мире, пусть даже и обладающего невероятной мощью.

Но кое в чем Громов был прав — лучше уж переждать бурю под землей. Так что Вершинин тоже двинулся в гробницу.

Владислав, матерясь про себя, последовал за ними. Ему в любом случае ничего не оставалось.

* * *Сколько лет?

Сколько лет он уже сидел в этой проклятой тюрьме?

Долго.

Слишком долго, чтобы вспоминать точную цифру. Ничего кроме раздражения она у Императора не вызывала.

Он — подлинный властелин Российской Империи — покоился здесь среди пыли и мертвых камней. А его слуги, те, кто присягнули ему, медлили. Они никак не вытаскивали его.

И это вселяло в его душу сомнения. А выберется ли он? А сможет ли он хоть когда-нибудь освободиться? Сможет ли взглянуть на небо своими глазами и вдохнуть воздух собственными легкими?

Хуже всего, что он пока не знал ответа на этот вопрос. Это его убивало. Убивало, несмотря на то, что он и так был практически мертвым.

Но тут он ощутил, как его тюрьма пошатнулась. Печать, одна из семи, предпоследняя, слетела.

Но не так, как пять предыдущих — со скрипом, огромными жертвами энергии и постоянной тряской всей гробницы.

Нет, в этот раз она слетела легко. Будто по щелчку пальцев. Его, лежащего во тьме и заключенного в собственном сознании, охватило приятное предвкушение.

Скоро его самое заветное желание будет исполнено.

* * *Мира… с её загадочной душой и пылким, весёлым нравом.

Аня… тихая, но гордая и не боящаяся трудностей.

Люда… самоотверженная и ответственная, настоящая боевая подруга.

Ратибор… наставник, друг и тот, кто полностью заслужил право называться благородным.

Святослав… друг, мудрый не по годам и смелый, несмотря на изначальные увечья.

Ардамун… мой верный боевой собрат, с которым мы прошли уже через многое.

Ада… принцесса, с которой мы не сильно близки, но в которой я видел достойного человека.

Владислав…? Другом я его не мог назвать, но он тоже сыграл немалую роль в моей второй жизни.

Все эти люди и десятки, сотни других, с которыми я был связан. От каждого из них к моей душе и сердцу шли потоки, которые я видел только сейчас.

Только когда моя душа вывернулась наружу, словно распустившийся цветок. Её Сила запитала моё головное мана-ядро, позволив мне увидеть незримое и ощутить то, что я считал несуществующим.

Связь.

Между мной и людьми.

По сильнейшим из этих связей сейчас перетекала дикая жажда власти, которая чуть не охватила мою голову. Эта жажда растворялась в этой связи. Смешивалась с теплом и верностью, которой я обменивался с этими людьми.

Растворялась, позволяя мне ощущать Силу Души как никогда чётко.