Том 4. Пожиратели огня (с илл.)

Первую ночь пришлось ночевать в открытой степи, и Джильпинг уснул сном праведника в своей маленькой походной палатке, но каково было его изумление, когда, проснувшись поутру, он обнаружил, что его проводник исчез!

Однако, вспомнив, что в Австралии с ним и не то еще бывало, храбрый британец не пал духом, а, плотно позавтракав припасами из своей дорожной сумки, развернул карту уральских степей и с помощью своего компаса точно определил направление, по которому они должны были следовать, чтобы добраться до перевоза.

Но на этом их приключения не закончились.

Они успели уже довольно далеко отъехать от последней стоянки, как вдруг Том, немного отставший, указал мистеру Джильпингу на что-то видневшиеся вдали.

— Что там такое? — спросил Джильпинг. — Что тебя так напутало? — и вдруг сам чуть не остолбенел от ужаса: три громадных косматых медведя быстро приближались к ним, тихо ворча и мотая своими косматыми головами.

Том в испуге взобрался на вьючную лошадь и ускакал в степь. Пасифик же насторожил уши и скорее с любопытством, чем со страхом, уставился на медведей.

Не успел Джильпинг опомниться, как все медведи были уже около него; он инстинктивно поднял свой кларнет, который был у него в руках, и вдруг медведи, находившиеся уже в нескольких шагах от него, поднялись на задние лапы и встали, точно солдаты на часах. Тогда Джильпингу пришла в голову гениальная мысль: он поднял к губам свой кларнет и принялся наигрывать шотландский национальный танец; медведи немедленно пустились в пляс, соразмеряя свои движения с темпом танца.

Достопочтенный мистер Джильпинг готов был уже приписать это магическому влиянию своей музыки, но при ближайшем рассмотрении оказалось, что медведи были снабжены ошейниками и скованы между собой довольно длинной цепью. Очевидно, это были выдрессированные животные, принадлежавшие, вероятно, какому-нибудь бродячему поводырю, застигнутому в степи недавним бураном. Хозяин их, по-видимому, погиб под песком, а животные, движимые инстинктом самосохранения, сумели спастись и теперь бродили по степи, связанные своей неразрывной цепью. Завидев Джильпинга, они побежали к нему, обрадованные тем, что снова обрели общество человека, к которому они привыкли и без которого чувствовали себя одинокими в этих степях.

У среднего медведя, кроме того, была еще обмотана вокруг шеи длинная цепь, за которую, вероятно, водил по городам свою тройку бурых погибший поводырь.

Отъехав на некоторое расстояние, Том остановился и глядел издали, что будет дальше. Джильпинг, оглянувшись, стал звать его назад, угрожая в случае неповиновения своей магазинкой.