Одинаковые. Том 4. Претория

И, признаться, я даже не ожидал, что такая деятельность вызовет их живой отклик. Неделю назад мы разделили обязанности между всем нашим небольшим сообществом, и выделили для каждого свою задачу.

В процессе разговора с Иосифом у меня стало складываться понимание, что ему нужна команда. Мы с братьями всё-таки, конечно, можем быть направляющей и определяющей стороной процесса, но ключевыми фигурами вряд ли станем. И, признаться честно, выходить из тени — даже в случае, если случатся серьезные изменения в политическом устройстве государства, которые, по нашим прогнозам, произойдут ещё не очень скоро, — нам никак не хотелось.

* * *Проанализировав ситуацию, хорошенько покопавшись в своей памяти и имея задачу по организации сети в Петербурге, мы с братьями пришли только к одному выводу, поняв, кто может стать правой рукой Иосифа в решении подобных и не только задач.

А именно — это Феликс Эдмундович Дзержинский, которого, к сожалению, в своё время мы упустили. Признаться, я даже и не знал, где его искать, в отличие от Иосифа Виссарионовича. Отрицать, что этот человек оказал огромное влияние на развитие страны в моем прошлом, — просто глупо. Да, сведения о нём противоречивы. Но, так или иначе, он яркая личность. И помню, как 23 августа 1991 года снесли памятник этому человеку на Лубянке, будто боясь, что расплата за содеянное может прийти. И «прогрессивные силы», видимо хотели стереть раз и на всегда об этой легенде, внесшей немалый вклад в создание органов государственной безопасности. Да ошибок было очень много, но в целом Железный Феликс, даже после смерти был символом, иконой для многих сотрудников всесильного КГБ, а затем и ФСБ. Привлечь его к нашему делу было бы весьма кстати.

По тем сведениям, что хранятся в моей памяти, сейчас, в июне 1899 года, он находится в селе Кайгородском, Вятской губернии. И если мы правильно встроим его в нашу систему, он станет очень ценным приобретением и хорошим помощником для Сосо.

— Иосиф, есть один человек, который может стать тебе правой рукой, — сказал я. — Но, к сожалению, он вляпался в нехорошую историю и сейчас находится, по сути дела, в ссылке под Вяткой. Как ты смотришь на то, чтобы отправиться туда и помочь ему сбежать?

Здесь, в Петербурге, я думаю, мы сделаем ему новые документы. Вот только нужно организовать всё так, чтобы его больше не искали. Нам не нужно годами бегать от жандармов, проще раз и навсегда расстаться с его старым именем. Самый простой способ для этого — если его признают погибшим. Как именно это сделать, мы ещё подумаем, вариантов, на самом деле, достаточно много. Что ты думаешь на этот счёт?

— Илья, я вас давно знаю, признаться, за это время вы стали для меня родными людьми.