Одинаковые. Том 4. Претория

Кто-то чинил сбрую и приводил в порядок свою экипировку, кто-то уже закончил приготовление к завтрашнему выходу и дремал. Караул, что мы поставили, ограничившись двумя бойцами, внимательно наблюдал за округой на склоне оврага.

— Да, мы и правда очень изменились! — сказал Андрей. — Вы постоянно с братьями твердите о какой-то нашей особенной роли для Отечества, но при этом я не понимаю, какая наша роль здесь в Африке. Нет, ты… не подумай плохого. Я не боюсь. То, что нам удавалось делать, и те благодарности, которые мы получили от буров, подтверждают, что мы не зря едим свой хлеб и не зря пять лет, как проклятые, впахивали в «Белом ветре». Но тем не менее вопросы есть.

— Как бы было всё так просто тебе рассказать… Понимаешь, мир очень быстро меняется. Ты и сам видишь! Вспомни, что было десять лет назад, а что происходит сейчас. Дело в том, что те колоссальные изменения, что происходят в мире, — это только начало. Поверь, мы вступаем в новую эпоху — эпоху технологического развития. Оно касается не только науки и техники, военного дела, но и социального развития, развития новых идей по устройству общества.

И очень скоро начнутся большие потрясения, но если сам мир нам не столь важен, то вот как из этих потрясений выйдет наше Отечество — вот это важно. Понимаешь?

— Ну, если честно, не очень, — ответил Андрей.

— Ну вот смотри. Тебе нравилось пробираться по улицам?

— Ну конечно нет! Что за вопрос такой?

— А много ты таких мальчишек видел, слоняющихся в поисках лёгкого заработка в надежде урвать кусок хлеба?

— Да нас очень много было. Ты знаешь, даже война между группировками малолеток случалась. И с очень печальными последствиями, я тебе скажу. Когда вы меня забрали — а это был Никита, если не ошибаюсь, с Лешкой, — то я уже был на грани, признаться. Не знал, что мне делать тогда. Семьи у меня не было. Воровать не хотелось, но и выбора тоже не оставалось. И вот нас подминали под себя авторитеты местные. Подряжали на разную простенькую работу, а потом, кто постарше становился да в силу, входил, брали себе на грязные работы. Понимаешь?

— Конечно, понимаю, Андрей! Вот из таких вот удальцов эти авторитеты Иваны потом и появляются. Так вот, то, что тебе не нравилось попрошайничать, воровать и вести жалкий образ жизни, — это вполне нормально. Любой человек хочет устроенности, крыши над головой, трёхразового питания наконец, но понимаешь, не любой это может себе позволить. Вот, например, у тебя в тот момент не получалось? Да ты и ребёнком был тогда, собственно. Понимаешь, в чём дело, одно дело — ты, ребёнок. Такая ситуация в нашей стране происходит повсеместно, но даже те, кто трудится по 12–14 часов в день, порой перебиваются с воды на хлеб, и также каждый день думают, чем накормить своих детей.