Завтрашний царь. Том 2

Хозяина дворцовой гудьбы влекли складные взаигры в полусотне шагов, но стан и выступка молодого гребца дышали такой удалью, что Галуха неволей залюбовался. Грубая забава, ан вдруг для представления пригодится…

– Есть смелые? – кричали между тем рыбаки. – Выходи, бить сильно не будем!

В толпе стояли пришлые воины, маданичи с нарагоничами. Взглядами примеривались к облокотнику, прикидывали свою боевую выучку против рыбацкой сноровки. Воеводы теперь качались на лодках, сопровождая своих вельмож, некому смельчаков придержать.

– Ишь, пугливых нашли! – метнул шапку оземь сын Яголя, купецкого старшины. – А не удадим!"

"Одним махом вспрыгнул наверх. Какие бархаты и ковры! Сразу видно, чьи предки, землепроходцы, измеряли густые леса и бурные реки. Было кому при Ойдриге вести дикоземьем торговые поезда, есть и теперь кому с санями шагать!

– Весло мне! Переведаемся, чья возьмёт!

Жрец святой и благочестныйПризывает Круг Небесный,Нашу горнюю родню,Порадеть большому дню!Мы не жреческого званья,Но добавим заклинанье,Чтобы сойме реить гордоИ в ненастный день, и в вёдро!Ты уйми волну-ходун,Будь поласковей, Воркун!Ну а ты, народ честной,Не робей, делись казной!Хшхерше пересыпал собранное из шапки в пояс, затягивал покрепче концы. Клыпа подкручивал шпеньки, слаживая гусли для новой попевки.

– Держи вора! – кричали за воргой.

Чуть ближе ухали и ревели, подбадривали потешных бойцов. А уж те разошлись! Вёсла мелькали то в тычке, то в замахе. Треск стоял, когда сталкивались длинные веретёна.

– На четыре ветра, потешники.

Кувыки, стоявшие своим кружком, оглянулись.

– Поклон совету вашему, добрые игрецы, – сказал Галуха.

– И тебе, господин придворный гудец, вечеровать безбедно, – заулыбался Хшхерше. – Нешто песни наши слух обласкали? Чем порадовать велишь? Дорого не запросим…

Галуха приосанился.

– Я когда-то заезжал в Шегардай. Уличных кувык слышал… тонкому уху оскорбление. Вам же, если подучить, для почёта будет петь не зазорно.

– О как, – пробормотал Некша.

Остальные переглянулись. «А говорят, на мосту хороших встреч не бывает!»

– Старцы шегардайские бороды изжевали, гадавши, как сына Эдаргова с дороги принять, на отцовский стол возвести, от худых глаз уберечь, – продолжал Галуха. – Мне же, смиренному гудиле, орудье дадено о веселье у трона.

– У трона!.. – прошептал Хшхерше. Сердце так и встрепенулось, но битый морянин ждал подвоха. Вот сейчас засмеётся. Вот сейчас хлопнет себя глумливо по ляжкам: «Поверили, дурачьё!»

Галуха не засмеялся.

– Того орудья для, – довершил он торжественно, – созываю я гусляров с дударями, гудошников с бубенщиками и певцов голосистых. Кто ученье осилит, станет на больших весельях поигрывать, от щедрот царевича народишко веселить.