Сердце Дракона. Том 12 (СИ)

- все ты правильно говоришь, только делай это молча.

- А это как, варвар?

- Не знаю, но выясни, пожалуйста, в ближайшее время.

Том хотел что-то сказать, но затем поднял раскрытые ладони и отвернулся к окну. Хаджар же заметил, что у Эйнена слегка дрожат руки. И это было не столько от нервов, сколько из-за страха.

Надо же, его бравый друг и брат бился с ним в таких битвах, от которых даже у более сильных адептов затряслись бы поджилки. Островитянин был готов без заминки и сомнений броситься в самоубийственную атаку, в попытке спасти товарища. Сражался с тварями. Шел наперекор целой Империи.

Но… боялся того, что сейчас происходило этажом выше.

И Хаджар хотел бы сказать ему какие-то слова. Слова поддержки или может даже утешения.

Но это было бы лишним.

Он просто положил ладонь на плечо другу. Эйнен поднял на него взгляд своих нечеловеческих, фиолетовых глаз. В них отразилась немая благодарность и признательность.

Вдруг по лестнице сбежала знакомая чернокожая красавица.

Вспотевшая, но счастливая и улыбающаяся, она посмотрела на Эйнена.

- Посмотри сам, - ответила она на незаданный вопрос.

Все вместе - Том, Хаджар и Эйнен рванули наверх. Они столкнулись на лестнице, потолкались, после чего пропустили Эйнена вперед.

Весенней бурей тот влетел в комнату, где уже собирали свои инструменты акушерки. На огромной постели, под резным балдахином, лежала взмокшая, слегка побледневшая и явно уставшая Дора.

Она держала в руках сверток из одеял и простыней. Она смотрела на Эйнена и улыбалась. Тот подошел к ней и, нагнувшись, поцеловал в лоб, после чего бережно поднял на руки свое дитя.

- Брат, посмотри, - впервые Хаджар слышал такой голос. Голос человека, который, кажется, получил все, чего только можно желать. Голос того, кто был счастлив. - Посмотри, какой он.

Хаджар подошел. На руках Эйнена мирно спал маленький новорожденный. Слегка фиолетового оттенка - но это, вроде, было нормально.

Хаджар плохо разбирался в детях.

- Придумай ему имя, любимый, - произнесла Дора. Слова давались ей тяжело, но в глазах сияло точно такое же, чистое, незамутненное счастье. - Имя…

Эйнен провел пальцем по щеке малыша, после чего произнес:

- Шакур, - прошептал он. - Это сложно перевести на язык Империи, но приблизительный перевод будет означать “Спокойный” или “Мирный”.

- Спокойный Мир, - повторила Дора. - мне нравится.

Эйнен, вдруг, повернулся к Хаджару и указал на чан с водой.

- В нем есть половина крови от свободных пиратов моей родины. Окажешь ли ты мне честь, брат?

Сердце Хаджара пропустило удар. Что-то горькое застряло у него в горле.

- Это честь для меня, - ответил он.

- Нет, ну может вы уже закончите со свими нежностями, - Том приложился к горлянке, но на него никто не обращал внимания.