Мечник, Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 3

— Мой отец сказал, что Мин заразился, — начала она дрожащим голосом, — какой-то болезнью, которая поразила его тело и превратила в… в это.

Она указала на чудовище, которое как раз швырнуло автомобиль в группу Охотников. Те едва успели увернуться.

— Заразился, значит, — задумчиво проговорил я, вспоминая берсерков из Разлома. — Какой однако агрессивный вид простуды…

Та же черная субстанция, то же бешенство, тот же эффект усиления. Но здесь что-то было не так. Берсерки Риверса сохраняли человеческий облик и разум, пусть и искаженный. А это создание… это было что-то другое.

— Твой отец не сказал, откуда взялась эта зараза? — спросил я.

— Он говорил о каком-то лечении, — Сонг потерла глаза тыльной стороной ладони. — Мин всегда был слабым, почти не мог пользоваться магией, а когда использовал, ему становилось только хуже. Отец нашел способ это исправить, но…

Она не договорила, но мне этого хватило. Риверс. Этот ублюдок определенно приложил к этому руку. Но почему на этот раз эффект оказался совершенно другим?

В этот момент на монстра напала группа Охотников в необычной черной одежде с гербами клана Шу. Воздух затрещал от стихийной магии и сразу несколько заклинаний обрушилось на монстра. Но черная субстанция просто поглотила магические атаки, а затем тварь разметала нападавших, словно кукол.

— Поглощает магию, — отметил я. — Интересно.

— Дарион, — Сонг схватила меня за рукав, — ты можешь его спасти? Я знаю, это звучит безумно, но он все еще мой брат. Где-то внутри этого монстра.

Я изучил ее лицо. Девушка была на грани истерики, но держалась. В ее глазах читалась не только мольба, но и что-то еще. Решимость? Готовность заплатить любую цену? И самое главное, она была уверена, что именно я могу решить эту проблему. Интересно, это из-за того, что я говорил о Стайне?

— Расскажи мне больше о своем брате, — сказал я. — Все, что знаешь.

Сонг кивнула, пытаясь собраться с мыслями.

— Шу Мин, семнадцать лет. Он… он никогда не был сильным. С детства болел, магия давалась с трудом. Отец возил его к лучшим целителям империи, но все говорили одно — у него какая-то врожденная особенность, которую не исцелить.

Стоп. Я поднял руку, останавливая ее.

— Ты имеешь в виду, что магия не может нормально циркулировать по его телу?

— Именно! — кивнула Сонг. — Целители говорили, что впервые видят такое. Мин мог использовать магию, но она была намного слабее и причиняла ему боль.

«Закупорены магические каналы», — пронеслось у меня в голове.

Вот оно что. Редкий врожденный порок, который даже в мое время был редкостью. В большинстве случаев такие люди считались калеками, неспособными к магии.

Зараза Риверса, что бы она собой ни представляла, не смогла проникнуть внутрь тела парня, в его систему циркуляции магии.