Толмач

– Не один десяток поколений воинов прежде так просто не спрячешь, – хмыкнул Егор в ответ. – Как говорится, кровь свое все одно возьмет. Честь имею, – поклонился он и, задвинув стул к столу, отправился в свой номер.

– А он занятный, – тихо протянула девушка, глядя Егору вслед. – И глаза необычные.

* * *Встретившись с дедом и подробно рассказав ему о своих приключениях, Егор с головой погрузился в дела. С помощью деда была нанята артель для строительства большого цеха, приглашены плотники, чтобы установить большее водяное колесо, и по деревням были собраны подростки от четырнадцати лет. Вот тут парень встал насмерть. Работа в мануфактуре не сложная, и работали ребята не по восемь, а по пять часов в две смены.

Но за это время они должны были успеть сделать больше, чем взрослые мужчины за полную смену. Известие о том, что их бумагой заинтересовался сам император, стало для ребят стимулом посильнее денег. Понятно, что от жалованья никто отказывать не собирался, но работать подростки стали гораздо тщательнее. Еще пока строился новый цех, работавшая прежде смена старательно отслеживала каждый лист, и едва только возникало хоть малейшее сомнение в его качестве, бумага отправлялась в переделку.

Сам Егор вынужден был заниматься только непосредственно производством и контролем за работой строителей. По причине малолетства нанимать кого-то или сговариваться о заказе ему пока было недоступно. Но и тут парень нашел выход. Нацепив на френч награды, он с первой минуты старался встать так, чтобы ордена были видны собеседнику. Местному населению и в голову не могло прийти, что мальчишка решит нацепить на себя награды отца или деда. И как следствие, сразу начинали относиться к нему гораздо внимательнее.

Не обходилось и без вопросов, но Егор быстро научился обходиться несколькими короткими фразами, позволявшими понять, что награды его, кровные, и получены из высочайших рук. Спустя примерно две недели после начала работ у него даже появилось имя среди московских артелей. Выяснил Егор это совершенно случайно, когда приехал в очередной столярный цех, сговариваться о сборе опилок. Приехавший вместе с ним Архипыч едва успел слезть с козел, когда вышедший хозяин, разглядев парня, вдруг поклонился, вежливо произнеся:

– Милости просим, сударь. Чем служить можем?

– Благодарствую, любезный, – ответил парень вежливостью на вежливость. – Меня сильно интересует, много ли у вас опилок случается во время работы? – приступил он к делу, решив, что поклон хозяина не более чем желание потрафить клиенту. Но как оказалось, это было не так.

– А позвольте спросить, сударь, к чему вам опилки? – насторожился крепкий, плечистый мужик с широкой, ухоженной бородой.