Толмач

– Много, – не стал запираться Егор. – И денег немало нашли.

– Деньги придержи покуда, – настоятельно посоветовал дед. – А вот бумаги надобно быстро разобрать и Игнату нарочным отправить. Не нужно, чтобы они тут были."

"– Тем сейчас и займусь, – быстро кивнул Егор, допивая чай. – Ко мне в кабинет пойдем. Там все посмотрим. Не нужно мешки по дому таскать.

– Тоже верно, – согласился старик, тяжело поднимаясь.

Они перешли в кабинет парня, и Архипыч, будучи посвященным во все перипетии этой истории, выволок из шкафа мешки. Вынимая их содержимое, Егор попутно сортировал все извлеченное. Увидев пачки ассигнаций, Иван Сергеевич только головой покачал и, ткнув в деньги пальцем, велел:

– Это сразу к себе в сейф прибери. Ежели что, скажешь, я дал. Так сказать, с дальним прицелом. Ежели со мной что, у тебя свои свободные средства на первое время будут.

– А червонцы? – иронично усмехнулся Егор, снова высыпая на ладонь золотые кругляши.

– Вечером еще сотню добавлю. Пусть и вправду у тебя будут, – отмахнулся старик. – Иван Архипыч, прими хоть сотню на пропой, – повернувшись к казаку, предложил он.

– Благодарствую, Иван Сергеевич, – склонил боец голову. – Но лучше не надо. Вы ж знаете, я в вине удержу не знаю. Да и не хочу я вина теперь. Вот как денщиком у внука вашего стал, так и не тянет. Интересно с ним. Прав был батюшка наш. Не житье мне без службы.

– Храни тебя царица небесная, казак, – мелко перекрестив его, тихо вздохнул старик.

Пока они говорили, Егор успел выложить из мешков все добытое и убрать деньги в сейф. Остались только бумаги и та непонятная шкатулка, что лежала в дальнем углу железного ящика. Сдвинув бумаги в сторону, Егор поставил шкатулку перед собой и принялся ее внимательно сматривать.

– Ты чего, барич? – не понял казак.

– Помнишь, что на том ящике было? – задумчиво уточнил Егор.

– Ты про иглы с зельем?

– Угу.

– Забудешь такое. Думаешь, и тут такое есть?

– Все может быть, – тихо проворчал парень и, достав из ящика стола длинное шило, осторожно ткнул им в кнопку открытия замка шкатулки.

Тихо щелкнув, крышка приоткрылась, но никаких игл не возникло. Все тем же шилом откинув крышку, Егор ее кончиком откинул в сторону кусок бархатной тряпочки и, заглянув вовнутрь, растерянно проворчал:

– Блин, пещера Аладдина, а не ящик для документов.

* * *– Ты хоть понимаешь, что натворил?! – Крепкий кулак дяди с силой грохнул по столешнице, и посуда, расставленная для чаепития, жалобно звякнула. – Это же преступление, за которое каторга положена! – продолжал бушевать Игнат Иванович.

– Уймись, Игнат, – голос деда прозвучал не громко, но так, что дядя невольно поперхнулся следующей фразой.