Все только хорошее

Берни предусмотрительно не стал надевать ни «Патек Филипп», ни даже «Ролекс». Это были часы, подаренные ему отцом еще в ту далекую пору, когда он учился в школе бизнеса. Но даже и они не были слишком уж дешевыми, и Скотт это прекрасно понимал. Он тут же сообразил, что в его сети попала настоящая добыча.

— Да, я смотрю, Лиз нашла себе неплохого муженька…

Берни молча достал из внутреннего кармана пиджака конверт с деньгами.

— Если не ошибаюсь, вы хотели именно этого. Можете пересчитать. Здесь все.

Чендлер скользнул по Берни взглядом.

— А если они фальшивые?

— Вы что — серьезно? — Берни искренне удивился. — Неужели вы думаете, что я стал бы подделывать деньги?

— Сходите с ними в банк — пусть на них посмотрят… Я подожду вас здесь.

Берни старался говорить совершенно невозмутимо. Скотт принялся пересчитывать купюры, не вынимая их из конверта. Было очевидно, что он никуда не пойдет. Все было в порядке. В конверте лежало ровно десять тысяч долларов.

— Прежде чем вы уйдете, я хочу сказать вам одну важную вещь. Не появляйтесь больше. В следующий раз вы не получите ни гроша. Понятно?

Он посмотрел в глаза Чендлеру. Тот криво улыбнулся.

— Принято. — Он опорожнил стакан, сунул конверт в карман блейзера и вновь посмотрел в лицо Берни. — Передавайте привет Лиз. Жаль, что мы с ней не свиделись.

Берни так и подмывало пару раз наподдать этому мерзавцу, который только что, не моргнув, продал родную дочь за десять тысяч долларов. Чендлер же, помахав бармену, вышел из бара и тут же свернул за угол. Берни так и не дотронулся до своего бокала. Он хотел только одного — поскорее вернуться домой, к Лиз, и немного побаивался, как бы Чендлер в его отсутствие не заявился к ним. Впрочем, он понимал, что вероятность этого очень мала — Чендлера, похоже, не интересовало ничего, кроме денег.

Он поспешил на улицу, сел в свой автомобиль и поехал в направлении Бьюкенена и Вальехо. Оставив машину перед гаражом, побежал вверх по крутым ступеням. Берни очень спешил; он влетел в дом, и ему показалось, что там никого нет. Лишь через некоторое время, выйдя зачем-то на кухню, он обнаружил здесь Лиз. Она пекла булочки для него и Джейн.

Он заставил себя улыбнуться. Лиз улыбнулась ему в ответ, и от этого у него на душе стало неожиданно легко. Как он был рад тому, что она дома, что с ней все в порядке… Лиз казалась ему сказочной принцессой, вот только живот для принцессы был несколько великоват…

— Здравствуй, моя хорошая.

Он нежно погладил Лиз, и она положила головку ему на плечо. Она беспокоилась о Берни все это утро, чувствуя себя повинной во всем — и в треволнениях, и в расходах.

— Нормально. Он выглядел именно так, как ты его описала. Насколько я могу судить, ему очень нужны были деньги.

— Ну, значит, в скором времени он снова окажется за решеткой.