Только ты

Рено опустил Еву на камень и сел рядом с ней, баюкая и успокаивая ее, пытаясь унять в ней дрожь, причиной которой были и усталость, и страх, и чувство облегчения.

Рено отцепил флягу, которая была у него на спине. Скрипнула пробка, раздалась серебряная мелодия булькающей воды, которой он смочил платок. Когда влажная ткань коснулась лица Евы, она вздрогнула.

— Спокойно, малышка, — пробормотал Рено. — Это лишь вода, вроде твоих слез.

— Я н-не п-плачу… Я от-дыхаю…

Он протер бледное, заплаканное лицо Евы. Она глубоко вздохнула и выпрямилась, чувствуя себя ребенком.

— Попей, — сказал он.

Ева почувствовала, как металлический край фляги коснулся ее губ. Она втянула в рот сначала маленькую толику воды, затем чуть побольше, испытывая невыразимое блаженство оттого, что влага омывает пересохший рот."

"Ева не могла сдержать возгласа удивления, когда сделала глоток. Ей никогда не приходилось пробовать ничего более вкусного. Держа флягу двумя руками, она жадно пила, не обращая внимания на капли, срывающиеся из уголков рта.

Рено промокнул капли сначала платком, затем языком. Эта ласка настолько поразила Еву, что она выронила флягу. Он засмеялся, поймал флягу, закупорил ее и водрузил себе на спину.

— Ну как, готова теперь идти? — спросил он мягко.

— Разве у меня есть выбор?

— Да. Ты можешь преодолеть эту пропасть с открытыми глазами рядом со мной или в бессознательном состоянии на моем плече.

Ева широко открыла глаза.

— Тебе не будет больно, — добавил он.

Руки Рено обвили ее горло. Большие пальцы отыскали артерю, питавшую кровью мозг.

— Если только слегка нажать здесь, ты потеряешь сознание, — спокойно объяснил Рено. — Ты очнешься через несколько секунд уже на той стороне.

— Ты не сможешь перенести меня туда, — запротестовала Ева.

— Ты ведь как кошка… Быстрая и гибкая… При всей своей ловкости и грации кошки к тому же и весят немного.

Он встал, поднял Еву на ноги, легко оторвал от земли и усадил к себе на плечо, придерживая одной рукой. Все произошло настолько быстро, что она не успела даже ахнуть.

Глаза у Евы стали большими, как блюдца; она в смятении подумала, какую силу держал в узде Рено, когда касался ее. Она всегда знала, что он сильнее ее. Но она не знала, насколько он сильнее. Из ее груди вырвался возглас удивления.

Рено нахмурился.

— Я не думал, что напугаю тебя, — сказал он.

— Дело не в этом, — возразила она.

Он ждал, глядя ей в лицо.

— Просто… — Ева то ли засмеялась, то ли охнула, — просто я привыкла быть сильной.

Последовала пауза. Рено держал Еву и размышлял над тем, что она сказала. Наконец он медленно кивнул. Это объясняло многое, в том числе и то, почему она не сказала ему, что была на пределе. Ей это просто не пришло ri голову.