Только ты одна

Роза Петровна была достаточно деликатна, чтобы не навязываться с непрошеными заботами, но помогала очень много. А после смерти мужа она занимала себя, как могла, – вот и какой-то квиллинг придумала. Лера опять забыла, что это такое. Йога, скандинавская ходьба, еще что-то… Молодец, конечно. «И мне, что ли, квиллингом заняться?» – усмехнулась Лера. Но тут свекровь посмотрела прямо на нее:

– Лерочка, у меня к тебе просьба."

"– Конечно, Роза Петровна! Что я должна сделать?

– Понимаешь, мне очень не хватает Всеволода Афанасьевича. Мы так любили друг друга! Я ведь выскочила за него сразу после школы, прямо как ты. И Павла родила в восемнадцать. Потом еще пыталась – очень девочку хотела. Но не получилось. Два выкидыша было. Только через десять лет смогла Юрочку родить. Так тряслась над ним! Павел даже обижался.

– А Юра всегда говорил, что вы больше старшего сына любите. Тоже обижался.

– Да, он почему-то вечно считал себя обойденным. Он родился слабеньким, капризным и учился неважно. Всеволода Афанасьевича это, конечно, раздражало. Но я старалась как-то смягчить ситуацию. Наверное, мало старалась.

– Так о чем вы хотели попросить, Роза Петровна?

– Ах да! Я скучаю, поэтому пишу письма Всеволоду Афанасьевичу. Не каждый день, но часто. Я прошу, чтобы ты их забрала после моей смерти. Не хочу, чтобы сыновья читали или вообще посторонние люди. Ты можешь прочесть, если захочешь. А потом сожги. Их, правда, много… Но можно на даче это сделать, да? А пепел развеять! Я сначала думала, может, пусть и меня сожгут. Но нет, лучше буду лежать рядом с Всеволодом Афанасьевичем.

Тут Лера, наконец, опомнилась:

– Роза Петровна! О чем вы вообще говорите? Вы же не собираетесь… Рано вам умирать, вы что!

– Нет, я не собираюсь! – рассмеялась свекровь. – Но думать об этом надо. Моя приятельница, когда мужа хоронила и памятник ставила, заказала стелу и со своим именем, но с открытой датой смерти. Стоит теперь у нее на даче, ждет своего часа. Лет десять уже стоит. Гости натыкаются и пугаются. Фотография ее, честно говоря, ужасно получилась на камне. Вы мне уж без фотографии сделайте, ладно?

– Роза Петровна…

Лера не знала, смеяться ей или плакать, слушая эти речи. Нет, все-таки свекровь – уникальное существо!

– А эта приятельница, кстати, замечательная в своем роде. Мы ее называем «слепая вдова». Она не совсем слепая, но видит плохо. Тут как-то отличилась: ездила к мужу на кладбище, присела на скамеечку, чтобы отдохнуть и перекусить немножко, а к ней воробьи прибежали за крошками. Она им кидала, умилялась, потом очки надела – а это оказались мышки, а не птички! Визгу было…

Лера невольно рассмеялась, а Роза Петровна улыбнулась: ну вот, повеселела девочка, а то страшно было смотреть на эту вселенскую печаль.