Только ты одна

– Мама, ну и что? Роза одинокая женщина – почему бы и не завести поклонника?

– Быстро же она мужа забыла!

Лера только вздохнула: после смерти свекра прошло уже полтора года. А свекровь, улучив минутку, спросила:

– А ты как провела время? Хорошо отдохнула?

– Нормально.

Лера с недоумением покосилась на Розу Петровну. Они были вдвоем на кухне – Лера мыла посуду, а свекровь курила, изящно выпуская дым в приоткрытое окно.

– Ты ведь не собираешься оставить моего сына, правда?

Лера окаменела.

– Он, конечно, не идеал мужа, я понимаю. Слабый, нерешительный. Любит поныть, покопаться в себе. Но упорный, этого у него не отнимешь. И любит тебя. Очень любит! Я так радовалась, когда вы поженились. Мне казалось, именно такая женщина ему и нужна. Ты была очень юная, но уже самодостаточная, сильная. Родители хорошо тебя воспитали. Я хуже справилась. Юра сейчас в растерянности, не знает, что делать. Я понимаю, тебе тяжело. Такое горе – потерять ребенка! Наверное, мы мало тебе сострадали, плохо помогали. Особенно Юра. Он не умеет, к сожалению. Не знает, как и подойти к тебе. Я поговорила с ним…

– Что вы ему сказали?! – Лера повернулась и уставилась в лицо свекрови.

Роза Петровна смотрела на нее с сочувствием:

– Я сказала, что тебе нужно время, чтобы прийти в себя. Принять потерю. Смириться с ней. Понять, что никто не виноват, просто так сложилось.

– Он не хотел этого ребенка!"

"– Да, не хотел. Но это не значит, что он не разделяет твое горе.

– Вот именно, мое горе! Не наше – мое!

– Я неудачно выразилась – конечно, ваше общее горе. Я понимаю, ты сейчас настроена против Юры, но подумай как следует. Не решай ничего сгоряча. Вы так давно вместе, у вас сын. Федя обожает отца!

Лера молчала. Роза Петровна подошла поближе:

– Вот, возьми.

– Что это?

– Это ключи от моей квартиры. Вдруг тебе снова понадобится… отдохнуть. По средам у меня йога с шести до восьми, а по пятницам квиллинг.

– Квиллинг? – растерянно переспросила Лера.

– Да, мы мастерим поделки из полосок цветной бумаги. Это так успокаивает. Я не стану возражать, если ты… И Юра ничего не узнает, клянусь. Лера, ну что ты!

Лера в ярости швырнула связку ключей на пол:

– Да подите вы к черту! Не нужны мне ваши ключи! Нет, я просто не понимаю, о чем вы говорите. С чего вы взяли, что я… что мне…

– Лера! Лерочка, прости меня! – Роза Петровна обняла невестку и сильно прижала к себе, хотя та и вырывалась. – Прости меня, дуру. Я хотела как лучше. Я так за вас беспокоюсь.

Она тоже плакала. Некоторое время они стояли, обнявшись, потом Лера отстранилась.

– Простите, – мрачно сказала она, не глядя на свекровь. – Мне не следовало на вас кричать.

– Вот в этом ты вся! И твоя мать такая же, – вздохнула Роза Петровна, вытирая слезы. – Вечно свои чувства держите взаперти.