Только с тобой (СИ)

Кирилл аккуратно опустил лямку лифчика сначала с одной стороны, затем с другой. Наклонился ко мне и прошептал на ушко:

— Арин, — так сладко и в то же время, так нежно, будто пробовал на вкус мое имя. Губы Соболева прильнули к мочке, слегка прикусывая ее, и с моих уст слетел едва слышный стон. Опираясь на одну руку, другой он скользил вниз, сжимая мои ягодицы. В воздухе витала волшебная магия из наших поцелуев, а я теряла счет минутам и времени. Таяла в мужских объятиях.

Губы Кирилла прокладывали дорожку от шеи, к ключицам, достигая груди. В какой момент я осталась без лифчика, не заметила. Он просто съехал вниз, к животу, оголяя тело. Соболев проводил языком вокруг сосков, и в эти секунды меня будто пронзало электрическими зарядами тока, заставляя выгибать спину еще больше.

Всего на миг я приоткрыла глаза и заметила, что Кирилл стащил с себя джинсы. Его тело накрыло мое, и весь мир потерял смысл. Потому что сейчас моим миром был Соболев.

Только он. Только я. Только мы. И никто больше.

— Арин, — вновь шепнул Кирилл мне на ушко, — я люблю тебя.

— И… тебя тоже люблю.

— Держи, — Соболев ставит передо мной кружку с горячим чаем и отрезает кусок Наполеона, который явно еще не успел пропитаться. Я подпираю ладошкой щеку, и смущенно отворачиваюсь. Хотя сейчас уже явно нечего смущаться. После того, что между нами случилось, после того как я стонала под ним, наверное, подобные эмоции совсем не уместны. Однако ничего не могу с собой поделать.

— М, вкуснятина, — сообщает радостно Кирилл, закидывая кусок торта в рот. Краем глаза замечаю, с каким аппетитом он уплетает еду, и моя внутренняя бабушка ликует, а то и вовсе танцует чечётку.

— Он еще не успел пропитаться, — робко отзываюсь я, делая глоток чая.

— Меня все устраивает, не парься, — отмахивается Соболев и тянется отрезать еще порцию.

— Ты выглядишь голодным.

— Еда в самолете была такая себе, да и вообще… я так устал за последние сутки.

— Почему ты трубку не брал? Я… столько всего надумала, — смущенно признаюсь, ведь мы так и не успели поговорить. Были заняты. Поцелуи, объятия… стоит только вспомнить, как моментально хочется накрыть голову одеялом.

— Хотел сделать сюрприз. Если бы заговорил с тобой, то точно бы все выложил. А так… хотя честно, мне было не особо по себе тебя игнорить. И слезы твои… короче, я готов к любой мере наказания.

— Я думала, ты решил меня бросить, — зачем-то говорю вслух о своем большом страхе. Потом правда прикусываю язык и отворачиваюсь, понимая, что сказала полнейшую глупость.

— Мужик ради тебя сутки не спал считай, а ты так… обидно, — как-то по-детски надувает губки Кирилл, и склоняет голову на бок. Выглядит настолько мило, что улыбка сама тянется на лицо. Не могу злиться на него.