Только он

Не отвечая ни тому, ни другому, Виллоу оторвала руку ото рта и прошла вперед, ступив на пепелище костра. Она словно не заметила протянутой руки Калеба, и тот вынужден был опустить ее. Она стояла между двух мужчин, отрешенно глядя перед собой. При свете луны на ее кисти виднелась темная полоска крови.

Ей совершенно не хотелось плакать. Слезы рождает либо надежда, либо страх. У Виллоу отныне не было ничего. Было ледяное спокойствие.

— Вилли! — негромко окликнул сестру Рено, встревоженный ее неестественным, зловещим молчанием.

— Я сама просила, чтобы он взял меня…

В первый момент смысл произнесенных слов не дошел до мужчин, ибо их потряс ее голос. В нем не было и намека на обычную живость и звонкость. Да и вообще трудно было представить, что это был человеческий голос.

— Я отказываюсь поверить в это, Вилли. Тебя не так воспитывали, чтобы…

— Довольно, — оборвал рассуждения Рено Калеб. — Ты спросил, она ответила — и хватит!

Калеб нежно провел рукой по волосам Виллоу, побуждая ее приблизиться. Однако она оставалась неподвижной, словно не замечая его прикосновений. Он дотронулся пальцами до ее щеки — Виллоу отвернулась. Прошептав проклятье, Калеб опустил руку и повернулся к ее брату.

— Ты можешь не лезть в пузырь, — грубо сказал он. — Я женюсь на Виллоу сразу же, как только мне попадется священник.

Повисла тишина, которую нарушил долгий вздох Рено. Его тело несколько расслабилось. Он сжал левую руку в кулак, затем разжал его.

— Чертовски благое дело, Человек из Юмы.

Виллоу заметила это движение. Она вспомнила, с какой скоростью ее брат извлек револьвер, и поняла, почему Калеб согласился жениться на ней. Ею овладела холодная ярость.

— Благое дело, говоришь? — с кажущимся спокойствием повторила она. — Лжец предпочитает жениться на мне, чтобы не связываться с моим братом, который оказался головорезом по кличке Рено, — и это благое дело?

Поза Рено снова стала напряженной.

— Ты говоришь, что Калеб лгал тебе в постели?

— Как и в чем я лгал тебе?! — одновременно с Рено спросил Калеб. Его голос звучал негромко, но он перекрыл вопрос Рено. — Ответь мне, Виллоу. Поведай, как я соблазнил тебя лживыми россказнями. Может, я обещал жениться на тебе?

Звук, который вырвался из груди Виллоу, мало чем напоминал смех, тем не менее это все-таки был смех.

— Нет! Никаких обещаний!

— Может, я говорил тебе о вечной любви и о прочих вещах, какие обычно говорят все соблазнители?

Виллоу прерывисто, хрипло вздохнула.

— Нет. Не было слов о любви, тем более о вечной любви.

— Тогда в чем я врал тебе? Ответь мне.

Виллоу проглотила комок в горле. На нее было больно смотреть. Она на мгновение закрыла глаза Калеб был совершенно прав, и они оба это знали. Ему не требовалось лгать.