Только он

Чувствуя себя неуютно, Виллоу напряженно вглядывалась в темноту, стараясь, подобно Калебу, ступать медленно и бесшумно. Однако в своих длинных шуршащих юбках она была не в состоянии с ним соперничать.

— Подождите, — тихо сказал Калеб.

Виллоу резко остановилась, ощутив прикосновение Калеба и его дыхание, когда он наклонился к ее уху.

— Я пойду первым. Ступеньки здесь узкие и неровные. Обопритесь о мое плечо.

Он протиснулся вперед, повернулся к ней спиной и замер в ожидании. Чуть поколебавшись, Виллоу положила руку Калебу на плечо. Даже сквозь плотную ткань куртки она чувствовала тепло его тела.

Она перевела дыхание. С того времени, как ушел воевать ее жених, она никогда не оказывалась так близко к мужчине.

Но в присутствии Стивена у нее никогда так не колотилось сердце и никогда не подкашивались от слабости ноги.

Когда Калеб без предупреждения сделал шаг вперед, Виллоу оступилась и схватилась за его плечо. Калеб успел повернуться и с удивительной легкостью подхватил ее. Она почувствовала, что его руки обняли ее за талию и прижали к себе. У Виллоу перехватило в горле, когда он зашептал ей на ухо:

— Если вам так трудно идти в этой чертовой юбке, я могу обрезать ее до колен охотничьим ножом.

Виллоу инстинктивно уцепилась за руку Калеба.

— Просто я не ожидала, что вы шагнете, — шепотом сказала она.

Калеб взглянул в лицо Виллоу, но в темноте увидел лишь бледное пятно. Это обрадовало его: значит, она тоже не сможет рассмотреть его лицо и прочитать в его глазах желание. От нее пахло лавандой и солнцем… А талия была так-тонка… Он ощущал ладонью ее тепло… У Калеба хватило сил преодолеть искушение скользнуть ладонью по округлым бедрам, которые прижимались к нему.

Он резко отпустил Виллоу, поднял саквояж и двинулся вперед. Не сразу маленькая девичья рука снова легла на его плечо. Прикосновение обожгло Калеба и бросило его в дрожь. Он молча проклинал эту неожиданную вспышку страсти. Он понял, что ему предстоит пройти через все муки ада, прежде чем удастся выведать, где скрывается злополучный Рено.

Однако он готов был пойти на это, ибо другого способа восстановить справедливость у Калеба не было. Этот негодяй соблазнил и бросил Ребекку; она умерла, давая жизнь его ребенку, а ребенок пережил свою мать лишь на несколько часов.

После смерти Ребекки Калеб удвоил усилия по розыску Рено, однако напасть на его след не удавалось. Куда бы ни приходил Калеб, он повсюду слышал одно: Рено либо вообще там не появлялся, либо уже ушел. Взятки не помогали: мексиканцы и индейцы, поселенцы и золотоискатели — никто не выдавал его. Этот обольститель невинных девушек был уважаемым человеком среди местного населения, не отказывал никому ни в деньгах, ни в помощи.