Только не плачь

Ни предательства, ни того, как она относилась к Кириллу. Но самое страшное и смешное, что от своих собственных чувств не смог избавиться. Вернее, от одного чувства, которое не поддавалось ни логическому объяснению, ни рациональным доводам.

Любовь, мать ее.

Вот на хрен она мне сдалась? Может кто-нибудь объяснить?

Мне хотелось спросить у Вероники, когда она последний раз была на кладбище? Когда навещала «любимого» мужа?

Интересно что бы она на это сказала, как бы выкручивалась? Я ведь знал наверняка, что ни разу не приходила! За весь этот гребаный год она так и не нашла на это времени! Мне бы тут же доложили, если бы она появилась! Моментально! Но увы. Уж так она моего брата любила, так любила, что в итоге болт положила и дальше пошла не оборачиваясь.

Бесит! От злости кулаки сами сжимаются и хочется громить все на своем пути.

Мужики, утолив голод, решили продолжить вечер в каком-нибудь более интересном месте. С девочками, уютными вип-залами, дорогим бухлом. Я же думал о том, куда спряталась Вероника. Даже как бы невзначай узнал, во сколько ее смена заканчивается.

Зачем? Хотелось бы мне знать ответ на этот вопрос, может тогда бы я не чувствовал себя полным кретином пока сидел в машине и гипнотизировал взглядом входную дверь.

Вероника задержалась. Вышла на улицу, когда я уже почти потерял терпение и был готов отправиться на ее поиски.

Маленькая, худенькая, бледная. Еще в зале мне показалось, что в ней словно убавилось красок, огонь, который раньше согревал, едва пробивался наружу. И почему-то вместо того, чтобы махнуть рукой и позлорадствовать, я ощутил тревогу, желание разобраться, убедиться, что с этой стервой все в порядке.

Оказалось, что нет.

Проблемы начались сразу, как только она спустилась с крыльца. От стены дома черной тенью отделился силуэт и направился к Веронике. На какой-то миг я подумал, что это ее очередной ухажёр, но, когда он начал распускать руки, меня переклинило. Будто красной тряпкой перед глазами помахали.

Я даже не заметил, как оказался рядом с ними. Откинул ублюдка в сторону, едва сдерживая желание переломать ему все ребра. А что? Может зря сдержался? Отыгрался бы на убогом, глядишь и полегчало бы. Только времени размышлять на эту тему не было, потому что безумная Вероника вместо того, чтобы стоять смирно и не дергаться, как ужаленная бросилась бежать. И что-то подсказывало, что бежала она вовсе не от этого мужика, а от меня.

Я все-таки сломал ему нос. Урод орал, грозился, что-то бубнил о том, что девка ему много денег должна. Мне было плевать — главное не дать ей сбежать.

Не дал.

Поймал. Утащил в машину. Форменный идиот.

Куда подевался рассудительный Артур Барханов, и откуда взялся этот неуравновешенный неандерталец с дикими манерами? Сам себе не мог этого объяснить.