Только моя

И увидел, что Макс, оказывается, уже тут с футболкой в руках. Смотрит на меня так странно, но молчит.

Мы все настолько хорошо друг друга знаем, что слова иногда бывают не нужны.

Вдох. Выдох. И снова Вдох. Я смотрел, как Алекс бегло оглядывает ее профессионально и очень аккуратно. Сейчас каждое резкое движением может снова ее напугать.

— Все нормально. Несколько ссадин и синяки от рук, но это пройдет само. Мое вмешательство тут точно не требуется, — усмехнулся он, но вышло как-то нервно. — Она уснет сейчас. Ее бы одеть, Демон. И унеси лучше наверх. Там ей будет спокойней.

И он погладил ее по голове. Невесомо, ласково, нежно. Она закрыла глаза. Я дернулся, но Макс удержал за руку.

— Угомонись. Алекс прав. Давай оденем ее и уложим спать. Свою тупую ревность засунь себе в задницу. Не тот случай, — он говорил спокойно, при этом проговаривая каждое слово так, словно хотел вложить мне его сразу в мозг, чтобы быстрее дошло.

Я только хмыкнул в ответ, выдернул руку из его захвата и забрал, наконец, свою футболку.

— Давай, малыш. Нужно встать. На секунду, — обхватил за талию, поднял и одной рукой придерживал ее, второй пытался натянуть футболку. Было чертовски неудобно.

— Макс, помоги.

И вот вдвоем мы быстро справились.

Подхватил малышку на руки и унес наверх. В свою спальню. На свою кровать. Моя!

Макс быстро расстелил кровать и вышел.

Я уложил свою хрупкую девочку в кровать. Укрыл одеялом. Поцеловал в висок и просто сидел какое-то время и смотрел, как она спит. Сейчас мне этого было достаточно, чтобы быть счастливым. Просто осознавать, что я оказался там вовремя. Что я успел. Что с ней все хорошо. Что она тут. Она моя. И я не намерен отпускать. Не намерен делиться. По крайней мере, сейчас.

Часов до трех мы сидели, медленно пили виски, курили и разговаривали.

Рассказали Алексу, что случилось, уже в подробностях.

— Да… Малышка определенно нуждается в защите. И в воспитании, если родители раньше не объяснили, что шляться одной по ночам нельзя. Что могут быть последствия.

Алекс злился. Он, как медик, о последствиях таких прогулок знает не понаслышке. Хоть и хирург, но вникать во все аспекты медицины обязывает положение владельца сети клиник. Уровень. Тут никак по-другому. Иначе сожрут. Рынок медицины — один из самых прибыльных в мире.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Но только вот я видел другое в его взгляде, в эмоциях. И это другое мне ни хера не нравилось. Она нравилась ему. Моя малышка нравилась ему.

Мне вот только этого и не хватало. С другом бабу делить. Нет. Раньше мы развлекались, конечно, тем, что уводили их друг у друга. Спорт своего рода. Развлечение.