Только М.А.Т или иномирянка со своим уставом

Это я странная?! Да они бы в моём мире вообще офонарели от внешнего вида окружающих! У нас девочки двенадцатилетние с синими и зелеными волосами и пирсингом в носу ходят. А сами? С этими своими белыми волосами и косичками в них.1 А ещё кровь пьют. И это я странная?!

— Я из другого мира, забыл?! — возмутилась я, нервно подопнув деревяшку в костер, который медленно начинал угасать.

— А вот мне ты кое-кого напоминаешь. — Прищурился Скала.

— Кого? — удивилась я.

— Была у нас одна уважаемая и всеми почитаемая женщина в четвертом королевстве. — И он не сказал её имени, но при этом я заметила, как большинство из присутствующих улыбнувшись кивнули. — Она была своенравной женщиной, любившей вправлять мозги всем, кто неправильно жил.

— Это как по-твоему? — перебила я заинтересовавшись.

— Как и ты. — Ухмыльнулся Кактус. — Терпеть не могла, когда игнорировали её приказы, распоряжения и вели неправильный образ жизни, порочащий честь и достоинство её королевства.

— Да-да. — Усмехнулся Судья, как-то странно глянув на меня. — Ты очень на неё похожа.

— Да ну вас! — отмахнулась я. — Это все сходства или что-то ещё есть?

Все дружно замолчали, однако один всё же ответил. Кот придвинулся чуть ближе и проговорил глядя на огонь, который мерцал отражением в его серебристых глазах.

— Она была врожденным Ванпайром, однако именно она перед смертью создала обряд способный обратить обычного человека. — Он поднимает голову и смотрит прямо мне в глаза. — А знаешь, что самое интересное?

— Что? — спрашиваю завороженная блеском огня в его глазах.

— Она была первым боенергиком в Этраполисе, способным масштабно отдавать энергию стражам первого круга…

— Инар! — Рыкнул на него Судья, на которого мы недоуменно уставились. — Думай что и где говоришь!

Кот улыбнулся, будто переводя все свои слова в шутку, но его взгляд будто говорил мне: Подумай об этом.

И меня действительно заинтриговало. Запало в душу настолько, что даже Женя увидев бы меня в данную секунду уверенно сказал: Всё. Этот танк не остановить."

"Дядя всегда очень чутко чувствовал мои настроения, что бесспорно позитивно сказывалось на наших с ним отношениях и взаимопонимании, чего никогда не было с мамой. Моя мать женщина весьма скверного характера. Она ветреная, эгоцентричная, и не будь она моей матерью, а посторонней женщиной, я бы с уверенностью сказала, что она самовлюбленная дура с не в меру завышенным чувством собственного достоинства.