Если бы только

Её голос был твёрдым:

— Я больше никогда не заговорю с тобой снова. С этого момента я не считаю тебя своим отцом.

Его рот беззвучно шевелился, но под её непоколебимым взглядом он опустил глаза.

Салли сделала напряжённый шаг назад. Вэнс сжал пальцы на ее талии и убрал руку, чтобы освободить ей дорогу.

Её колени дрожали, когда она повернулась к отцу спиной, но она подняла голову и уверенно вышла через заднюю дверь в ночную тишину. Ее грудь саднило от боли — все ее тело было сковано болью, — но на ночном небе сверкали звезды. Она забыла, как они красивы в Айове.

Гален чувствовал прилив гордости за Салли, за то, как она смело высказала то, что нужно было сказать. И ему было больно за неё, потому что он знал, чего ей это стоило. Вот почему он хотел впечатать кулак прямо в морду этому ублюдку.

Он обернул пальцы вокруг трости и знал, что если сейчас произнесет хоть слово, это будет последней каплей.

— Моя очередь, — пробубнил Вэнс. Он встал и поставил ногу на стул, опираясь предплечьем на колено. — Мистер Харт. Услышав всё это, я крайне серьезно настроен на то, чтобы попытаться убедить Салли подать гражданский иск. Хотя срок давности будет препятствовать делопроизводству, ваша репутация в этом районе точно пострадает.

Прямое попадание. Мужчина побледнел в ответ, его загорелая кожа приобрела отвратительно желтый оттенок. Он встал и сердито осмотрел стол, будто ожидая, что кто-то бросится на его защиту. Его взгляд остановился на Тейте.

— Ты позволишь им так со мной разговаривать?

— Да, — с бледным лицом Тейт распрямил плечи. — Я не услышал ничего, что не было бы правдой.

Зарычав, пожилой мужчина бросился на выход из дома. Передняя дверь хлопнула минуту спустя.

— Что ж, — выдохнула Ли Энн. — Это было довольно неприятно.

— Он действительно разозлился.

Эмма выглядела так, будто хотела заплакать, и Гален почувствовал боль, жалея, что она стала свидетелем этой ссоры.

— С Салли всё нормально?

— Я думаю, она будет в порядке, — Ли Энн притянула дочь к себе на колени и посмотрела на мужа через стол. — Я думаю, теперь мы все будем в порядке.

Гален проследил за её взглядом.

Тейт выглядел потрясённым. Через секунду он попытался улыбнуться.

— Эмма, Дилан, если вы двое приготовитесь ко сну, возможно, Салли поднимется и пожелает вам спокойной ночи перед уходом.

Лицо Эммы прояснилось. Она соскользнула с материнских коленей и пошла к лестнице.

— Я покажу ей своих дельфинов и осьминогов. Они ей понравятся.

Дилан следовал за ней на шаг позади.

— Мои книги ей понравятся больше. Спорим, она любит читать.

Слава Богу, дети не унывали. Гален повернулся посмотреть на Ли Энн.

— Мне жаль, что ваши дети присутствовали при этом. Мы должны были устроить это где-то в другом месте.

Ли Энн покачала головой.