Если бы только

Ее киска сжалась вокруг него, и Гален улыбнулся. Он вышел и подразнил клитор, пока Салли не начала извиваться. Два пальца. Вновь поиграл немного. Три пальца.

Вэнс в этот момент ласкал её грудь, целовал в губы, скользил поцелуями по шее.

Через несколько минут она ёрзала и была близка к тому, чтобы начать умолять.

Четыре пальца. Он уже пробовал с ней четыре пальца в прошлом, толкаясь достаточно глубоко, чтобы почувствовать тугое давление и услышать её обеспокоенный писк. На этот раз он поработал над ней какое-то время. Толкнулся внутрь, наружу, поиграл с клитором. Он растягивал её, с каждым разом добавляя больше смазки. Мускусный запах её возбуждения был опьяняющим, и у Галена снова встал.

Приподнявшись на локте и вытянувшись рядом с ней, Вэнс дразнил её легкими укусами, перемежая их поцелуями.

Покрыв перчатку на левой руке и запястье ещё большим количеством смазки, Гален погладил клитор, доводя Салли до грани. И на этот раз, вводя пальцы внутрь, он продолжил двигаться, прижав большой палец к остальным четырем в форме «уточки».

Салли дёрнулась, когда почувствовала давление его руки. Она уставилась на него, ее охватила паника.

— Дай ей подушку, чтобы она могла видеть, — сказал он Вэнсу.

Как только под её головой появилась опора, Гален посмотрел на девушку.

— Ты доверяешь мне, Салли?

Мгновенный ответ согрел его сердце.

— Я собираюсь попробовать фистинг — поместить внутрь тебя руку. Можешь ли ты довериться мне в том, что я сделаю это, не причинив тебе боли — не больше, чем ты сможешь принять?

Ее взгляд перемещался между его свободной рукой и лицом, показывая её недоверие. И по ней пробежала дрожь.

— Я смогу тебя остановить?

— Да, зверушка. Ты можешь остановить меня в любой момент.

Она выдохнула и с сомнением дала согласие: — Я попробую.

— Храбрая малышка, — улыбнулся ей Гален и встретился взглядом с Вэнсом.

Вэнс потянулся вниз, его рука легка на налитый кровью клитор.

— Дыши, зверушка, — прошептал Гален, толкаясь вперёд, останавливаясь и снова толкаясь. — Это самая трудная часть…

Было больно, что ощущалось совсем нехорошо. Костяшки его пальцев были твердыми. Просто огромными.

— Ты не поместишься.

Его усмешка белизной сверкнула на загорелом лице.

— Женские тела созданы, чтобы растягиваться. Моя рука поместится, — он кивнул в сторону Вэнса. — Его, может, и нет.

Она застонала, когда боль усилилась.

— Расслабься, малышка. Я буду продвигаться медленно, — успокаивающе произнес Гален, слегка отступая.

Вэнс снова поцеловал её, дразня её губы, нашептывая о том, как хорошо она справляется. Между поцелуями он проводил пальцем по клитору, твёрдо потирая его, то с одной стороны, то с другой, затем двигаясь вверх и вниз по капюшону.