Если бы только

Настолько острое, что устанавливал беспроводную видеокамеру в комнате, чтобы записывать, как они умоляют, плачут и кричат, когда их кожа начинает лопаться. Как жаль, что камера тоже идет потом в расход.

Но он собрал хорошую коллекцию записей. Вообще-то, он даже смотрел одну прошлой ночью. О, да. Да.

Он вышел за дверь, вдыхая характерный запах леса и вслушиваясь в тишину. Лицо близнеца было напряжённым, брови сошлись вместе.

— Федералы продолжают копать. Я прекращаю работу.

Дрю прошёл мимо него, чтобы войти в хижину.

Эллис нахмурился. Это означало, что в его будущем не предвидится добротных пожаров.

Он прислонился к двери, наблюдая, как Дрю расстёгивает штаны.

— Пришлось избавиться от моей рабыни. На всякий случай.

— И ты не позвонил мне, чтобы убить её?

В нём вспыхнул гнев.

— У тебя только одно желание сжигать их, а у меня не было на это времени.

Вместо этого она покоится на дне океана. И я остался без игрушки для траха.

Дрю кивнул в сторону, где его шлюха сидела на коленях, прижавшись лбом к полу, её задница была вздёрнута вверх.

— Я пришёл, чтобы использовать твою.

— Спасибо. И следи, чтобы не сломать эту. Ты не получишь новую, пока я не возобновлю работу сети.

Одни плохие новости. Он хотел огня, потеть от его близости, слышать рёв, когда тот расширялся и рос, смотреть, как расширяются глаза жертв. Борьба. Под его кожей с невыносимым давлением зудело желание получить все это.

— Привет, парни, — бросила Салли, войдя в их домашний кабинет. Ее одежда насквозь промокла от дождя, с рюкзака капало, и она едва волочила ноги. Иногда мир выжимал из тебя по максимуму, и это был один из таких дней.

— Ты поздно приехала, — произнес Вэнс, не отрываясь от бумаг, в которых он делал заметки. В качестве фона звучал традиционный хэви-металл «Deep Purple». Жеребьевку при выборе музыки сегодня выиграл Гален.

— Уже почти семь, — Гален повернулся к ней, оторвавшись от компьютера. Его глаза подозрительно сузились. — Что случилось, бесёнок?

Вэнс также развернулся к ней на стуле.

Она смотрела на них, сидящих с разных сторон комнаты. Их лица прорезали напряженные линии. Они выглядели настолько же мрачно, насколько она себя чувствовала.

— Просто плохой день, — Салли сбросила рюкзак на пол и обхватила себя руками. От ее одежды действительно несло смертью, или это просто воображение? — Не думаю, что мне нравится реальность.

— Иди сюда, — Вэнс раскрыл объятия, и она поспешила к нему. Он усадил ее к себе на колени, прижимая к своей широкой груди. За последние несколько недель она пришла к заключению, что у него чудесные объятия, они окружают ее восхитительным чувством заботы. Она прижалась теснее и потерлась щекой о его мягкую футболку.