Толян и его команда (СИ)

— А если я буду коммунистом, ну или кандидатом, это не помешает мне поступить? — спросил я.

Янис бросил удивлённый взгляд на Кима и, поймав утвердительный кивок, сказал:

— Неожиданно. Нет, не помешает. В ВЛКСМ много коммунистов на ответственных должностях. Например, первый секретарь ВЛКСМ СССР Мишин, не сочтите за хвастовство, нам один и тот же человек рекомендации в партию давал в 66-м году, — ответил Янис.

— В нашем крае очень много выпускников ВКШ, — сказал Ким. — Например, Перепелкин Владимир Сергеевич, второй секретарь горкома ВЛКСМ, Коновалов — зав организационного отдела в крайкоме ВЛКСМ.

— Богдан Хаврун, зав отделом студенческой молодёжи, Тома Илькевич была зав отделом агитации и пропаганды, сейчас её Комлев сменил, ты с ним работаешь. Валя Иванова — секретарь крайкома комсомола по работе с учащейся молодежью, у неё ещё сестра младшая в горкоме ВЛКСМ работает, — добавил Янис Андреевич.

«Иванова, мой недруг, имеет сестру на такой должности в крайкоме? А вообще, целая мафия у них тут из своих людей», — принял к сведению я.

— Интересное предложение, спасибо, — благодарю я, и меня отпускают.

В самом деле годный вариант. Дело в том, что сейчас в СССР нет свободной информации о военных кафедрах — где они есть, где нет, где откроют. Ни в одном справочнике. Точно знаю только про военку в МФТИ. Надо подумать. Хорошее место пересидеть до развала СССР. Но я однозначно решил посоветоваться насчет вступления в партию с Шениным. Он ко мне неплохо относится, и врать не станет, расскажет все плюсы и минусы. Шенин — первый секретарь Хакасского обкома КПСС, и я совершенно случайно узнал, что он сейчас в Красноярске.

— Ну, что там? — встретили пострадавшие вчера девочки меня на выходе из кабинета.

И Ира, и Инна выглядели взволнованными.

— Идём за мной, — тяну за руку Иру в кабинет и, дождавшись разрешения войти после стука, представляю Янису Ирину.

Выйдя из кабинета, увидел два требовательных глаза.

— А я? — спрашивает Инна.

— Тебя, наверное, отправят ещё куда подальше, в Анадырь, например, — пошутил я.

— Не хочу в эту дырь! — насупился ребёнок.

«И что в ней нашёл художник? Скелетик ходячий!» — подумал я.

— Тогда думай над своим поведением, я сказал, что на тебя жалоб нет, что в комитете комсомола школы работаешь, — решил подбодрить девушку я.

Иду на тренировку, а попутно звоню из автомата своему приятелю Борису. Он сегодня дома, болеет уже три дня.

— Шенин, а зачем он тебе? — спрашивает тот.

— Борь, неважно, поговорить хочу! Поможешь его найти? — прошу я.

— Хорошо, часа через два набери, — соглашается Борис.

Борька — парень крученый, много знает, думаю, поможет.