Точно как на небесах

Любой джентльмен на его месте поступил бы так же.

Маркус задумчиво огляделся по сторонам, словно пытался найти объяснение ее странному поведению.

– Ты сердишься… – произнес он мягко, а может быть, даже снисходительно.

– Я не сержусь, – немедленно возразила она. Сердито.

Кто-нибудь другой непременно указал бы ей на то, что ее тон противоречит словам, но Маркус, конечно, промолчал и сохранил полнейшую невозмутимость.

– Я не сержусь, – пробормотала она, испытывая ужасную неловкость.

– Разумеется, нет.

Она резко вскинула голову. На сей раз он точно, совершенно точно говорил с ней покровительственно.

И будет продолжать в том же духе. Или молчать. Маркус никогда не устроит скандала.

– Я плохо себя чувствую, – торопливо проговорила она.

И не солгала. У нее раскалывалась голова. Ей было жарко и тошно, она хотела только одного. Поскорее добраться до дома, лечь в постель и зарыться в подушку.

– Тебе надо подышать свежим воздухом, – серьезно сказал он и осторожно взял ее под локоть, чтобы проводить к застекленным дверям, открывавшимся в сад.

– Нет! – каким-то чужим дребезжащим голосом почти крикнула Гонория. – То есть нет, спасибо. – Она судорожно вздохнула. – Думаю, мне надо поехать домой.

Он кивнул.

– Я найду леди Уинстед.

– Я сама ее найду.

– Я буду счастлив…

– Я в состоянии действовать самостоятельно! – взорвалась Гонория. Боже! Ей опротивел собственный голос. Она понимала, что лучше помолчать, но категорически не могла остановиться. – Я не желаю обременять тебя.

– О чем ты говоришь?

Поскольку честно ответить на этот вопрос было решительно невозможно, она предпочла не отвечать вовсе.

– Я хочу домой.

Маркус смотрел на нее так долго, что, казалось, прошла целая вечность, прежде чем он сухо поклонился и произнес:

– Как тебе будет угодно. И удалился.

А она отправилась домой. В точном соответствии с высказанным ею желанием. И это было просто ужасно.

Глава 19

День концерта

За шесть часов до начала

– Где Сара?

Гонория оторвала взгляд от нот. Она делала заметки на полях. Ничего из написанного не имело смысла, но по крайней мере ей начинало казаться, будто она знает, что делает, и поэтому она делала заметки на каждой странице.

Айрис стояла посреди комнаты для репетиций.

– Где Сара? – повторила она.

– Я не знаю, – ответила Гонория, оглядевшись вокруг. – А где Дейзи?

Айрис нетерпеливо махнула рукой в сторону двери:

– Она приводит себя в порядок. Не беспокойся о ней. Уж она-то непременно явится.

– А Сары нет?

Айрис, казалось, готова была взорваться.

– Ты видишь ее здесь?

– Айрис!

– Прости. Я не хотела грубить тебе, но где она?

Гонория раздраженно вздохнула. Неужели Айрис ни о чем больше не беспокоится? Она наверняка не повела бы себя невероятно глупо на глазах у человека, которого любит.