Переломная точка

Джинсы оказались очень низкими, обтягивая мои бёдра, как вторая кожа, и чтобы надеть корсет, мне понадобилась помощь со стороны. Когда Холли затянула на спине шнуровку, бардовая материя плотно обхватила мои рёбра, подчёркивая талию и вызывающе обнажая грудь."

"После того, как я была одета, Пенни подняла мои волосы в небрежный хвост и подвела глаза тёмно-синей подводкой. Блеск для губ она подобрала в тон корсету, после чего всю картину дополнили бардовые шпильки, в которых я с трудом представляла, как ходить, не говоря уже о том, чтобы весь вечер работать.

— Счастливого мне Дня святого Валентина, — пробормотала я под нос, глядя на своё отражение в зеркале.

Похоже, в последнее время все мои праздники сопровождались навязчивой тематикой: сначала скандальный наряд школьницы Бритни Спирс на Хэллоуин, потом вызывающее платье Санты, теперь Купидон в откровенно кричащем корсете. Что дальше? Сексуально озабоченная эльф на День святого Патрика?

Поблагодарив девочек за помощь, я вернулась в бар и когда проходила мимо Майка, он одобрительно хмыкнул мне вслед. Видимо, это означало, что я успешно прошла его инспекцию.

В баре глаза Джека сразу же опустились к моему декольте, и он не отвёл взгляда до тех пор, пока я не щёлкнула перед его лицом пальцами.

— Эй, — вскинула я бровь. — Глазей в какую-нибудь другую сторону.

— Стерва, — пробормотал он, всё ещё косясь на мою грудь.

— Извращенец, — процедила я в ответ, испытывая к нему всё большую неприязнь.

Вскоре, я убедилась, что Майк не шутил о том, насколько мы будет заняты этой ночью. Клуб в течение получаса заполнился посетителями чуть ли ни плечом к плечу. Мои уши не переставали звенеть от потока липких реплик с сексуальным подтекстом и откровенных предложений, которые без конца летели в мою сторону. Тем не менее, я продолжала стоически работать за барной стойкой и улыбаться, забирая в карман те деньги, которые эти ублюдки мне протягивали. Ченс был тоже по горло занят с многочисленной толпой и было нетрудно заметить, что ему откровенно не нравилось видеть меня здесь, но я старательно его игнорировала, продолжая выполнять свои обязанности.

Где-то около полуночи к барной стойке подошёл Майк.

— Эй, ты! — окликнул он меня, и я почему-то не сомневалась, что Майк не помнил моего имени. — Отнеси две бутылки «Хеннеси» во «Французскую комнату». Живо.

— Поняла, — поспешно кивнула я, и поставив две бутылки коньяка на поднос, направилась в приват-комнату, предназначенную для особо важных гостей. Обычно, я всегда проходила мимо дверей этого помещения и никогда не заглядывала внутрь. Чёрная дверь комнаты была едва прикрыта алыми занавесями, и я, решив, что стучаться было излишним, осторожно прошла дальше.