Точка Бифуркации XII

— А что касается остального… если даёшь предварительное согласие на сделку, я готов дать такие клятвы, которые не оставят мне возможности их нарушить. Положение своё я перед тобой отлично понимаю. Договорённости наши готов задокументировать. Со всеми правами и обязанностями сторон.

Император молчал ещё несколько секунд, затем взял перо, скользнул им по листу бумаги, черкнул пару строк и повернул к сыну.

— Люди, идущие на смерть, легко нарушают свои клятвы, — резонно заметил Романов, нахмурившись.

— Возможно. Но это если им не оставить шанса на жизнь. В моём же случае будет классический «вин-ту-вин», как говорят эти забугорные уроды. А это ощутимо меняет ситуацию.

Возникла долгая тягучая пауза, во время которой каждый из собеседников не торопился о чём-то заговорить. Сказано было и так много, остальные обсуждения требовали конкретики, личного присутствия и… клятв.

— Подготовь всё необходимое, — негромко бросил монарх, повернув голову в сторону сына, на что цесаревич без лишних вопросов коротко кивнул.

Романов ещё немного помолчал, и следом произнёс:

— Ну что ж, Дмитрий Евдокимович… Пожалуй, я тебя выслушал. Жди ответного звонка в течение часа.

Глава 21

Я прислонился плечом к стене возле окна, ощущая под ладонью холод стекла, на котором ещё держались следы чужих пальцев — кто-то до нас, стоя на этом месте, так же вглядывался в тёмный горизонт, пытаясь угадать, откуда ударит следующая беда. Под ногами поскрипывал потрескавшийся паркет, а в воздухе, из-за приоткрытого окна, витал уже порядком опостылевший запах гари и пыли — следы дальних боёв, что докатывались до этого квартала.

Мы обосновались в одной из пустующих квартир: обои уже облупились, на подоконнике скопилась пыль, зато из окна открывался отличный обзор на высотку, где враги держали пленников. Застывшую тишину комнаты нарушало лишь наше прерывистое дыхание, редкий треск радиостанции, да всё тот же старый паркет.

— Да что они там делают⁈ — вырвалось у Максима, с тревогой наблюдающего за происходящим у подножия одного из зданий.

Товарищ смотрел вниз, туда, где вдоль фасада высотки скользили тени броневиков, заливая всё вокруг ярким светом прожекторов.

— Пока не знаю, — нахмурился я, проследив за его взглядом. Картина внизу действительно вызывала вопросы. — Этого не было в нашем плане…

— Чё-орт… они же атакуют! — выдохнул Стёпа, прижавшись к стеклу.

И действительно, прямо на наших глазах неизвестные внизу развернули нешуточную боевую операцию. Несколько десятков броневиков, благодаря щитам игнорируя весь входящий урон от отбивающихся мятежников, резво подлетели к зданию, где, как нам известно, держали пленников, и прямо с брони вступили в бой.

— Как они вообще здесь оказались? — нахмурившись, бросил оказавшийся сбоку дядя.