Точка Бифуркации #2

Причём, судя по количеству косых взглядов и злых голосов, общество вокруг было практически монолитным в своих намерениях.

— Упор лёжа принять! — холодным тоном бросила усевшаяся на свой стул куратор, внимательно наблюдая как дети исполняют её команду.

А они были хоть и очень недовольны происходящим, но все до единого послушно упали на пол и стали ждать дальнейших указаний.

— Стёпочкин, тебя это тоже касается.

— Но я не хочу. — простодушно пожал я плечами.

То, что сейчас происходит — армейский метод воспитания, который я и сам нередко использовал в прошлом. Суть его заключается не в том, чтобы я сейчас с ребятами позанимался насильной физкультурой и как следствие проникся коллективным духом. И даже не в том, чтобы я расстроился из-за отменившейся прогулки, вместо которой Антонина Сергеевна нас тут загоняет до седьмого пота. Нет."

"Суть этого метода в том, чтобы вначале воздействовать на совесть индивида, из-за которого абсолютное большинство неповинно страдает, а затем, вдобавок к этому, обеспечить виновнику ещё и «весёлую» ночку, как раз от этого самого большинства. Потому как мало кому понравится нарушать привычный уклад и спокойный ритм жизни из-за одного упертого барана, не желающего подчиняться закону который все вокруг давно приняли.

— Тебя тут о твоих желаниях никто не спрашивает! — стала откровенно злиться куратор. — Лёг быстро!

— Нет, я пойду пока уроки поделаю. Не забудьте позвать на ужин. — бросил я, и перешагнув через тело впереди лежащего одноклассника, направился в свою комнату.

— А ну стоять! — прорычала женщина и даже попыталась удержать меня с помощью телекинеза, но я без заминок открыл дверь в свою секцию и скрылся за ней.

Спину сверлили так, что я это едва ли не задницей чувствовал. Если брать по совести, то поступил я, конечно, не очень хорошо. И мне перед ребятами, несмотря на их угрозы, было немножко стыдно. Но если подходить к вопросу прагматически, то что со мной, что без меня, следующие полтора часа их ждёт «качка». Так обычно называли тупую армейскую тренировку, одним из смыслов которой было выжать из бойцов все соки, но никак не привить любовь к физическим нагрузкам.

Участвовать мне в этом деле не позволил не только этот самый прагматический подход, но и взбунтовавшийся в голове майор. «Как это так, какая-то сыкуха будет меня ещё воспитывать?!» — невольно всплыло в мозгу.

Была и ещё одна причина такого поведения — это напутствие князя. Если вкратце, то им здесь незаметный паинька-ученик не нужен. Во-первых, всем должно было быть понятно, почему меня попёрли из Потенциала, а во вторых, сидя на попе ровно в школьный подвал или на исправительные работы на кухню не попасть.