Точка Бифуркации #3

 — что они переборщили? На этот счёт Евгений Константинович ничего не передавал? — отмечая тяжёлый вздох собеседника и его плотно сжатую челюсть, я понял, что сказать дяде Вите по существу на это будет нечего. — Более того, полагаю аристократы как всегда останутся безнаказанными.

— Таков этот мир, сынок. И в следующий раз тебе стоит дважды подумать, прежде чем вытирать задницу их письмами. И ещё дважды, когда захочешь результат своих трудов вернуть отправителю.

Все свои мысли и мнение на этот счёт я мудро решил придержать при себе. Много болтать языком вредно, да и я сторонник того, что лучше всего за меня смогут сказать именно действия, а не пустой трёп обиженного школьника.

* * *Едва я вошёл в класс на первый урок, как сразу же захотелось развернуться и покинуть помещение.

— Обломов, стоять!

Собственно, далеко уходить я и не собирался. Только лишь пару раз сделать вдох-выдох за дверью, чтобы адекватно и спокойно отвечать тому, кого я сейчас меньше всего мечтал видеть.

— Здравствуйте, Тимофей Степанович. — вновь возвращаясь в кабинет, громко проговорил я.

— Что за цирк?

— Эмоции от радости нашей встречи выплёскивал. — флегматично произнеся в ответ, добавил. — Вы случайно не с новостями о случившемся? Виновников уже нашли?

— Случайно, нет. — перенимая мой тон, бросил он. — Осмотр опрятности внешнего вида у учащихся.

— О, прекрасно, это же сейчас такая актуальная проблема. — театрально вздохнул я. — Как всегда только у меня или для разнообразия ещё кого-то смотрели? — подходя к директору и поворачиваясь к нему боком, невозмутимо уточнил я.

— Не паясничай. — проверяя воротник, а следом и отвороты рукавов, сухо бросил он в ответ. — Рубашка не свежая! Две недели её носишь что ли?

— Нет, только второй день.

— Значит мыться чаще надо. Не пробовал?

Естественно, всё это говорилось достаточно громко, чтобы его слышал весь мой класс. Я, конечно, понимал, что смысла нет говорить директору о том, что у меня вчера времени было не особо много в связи с поздно закончившимися соревнованиями и поисками своих соседей, но и молча глотать всё что вылетало из его рта, тоже не мог.

— Пробовал, нравится. А вам?

— Что?!

— Просто у вас вот здесь, — показывая на своём воротнике, а затем указывая директору в область шеи, начал объяснять я. — какая-то грязь. Вы мне говорили, что так бывает если шею не…

— Замолчи! — тихо процедил в ответ Тимофей Степанович. — Нет там ничего.

— Вон зеркало, проверьте. — простодушно бросил в ответ я.

Подойдя к стене, на которой в нашем кабинете висело средних размеров овальное зеркало, мужчина действительно нашёл несколько капелек грязи. Смутившись, он попытался их потереть, но сделал только хуже.

— Татьяна Михайловна, продолжайте урок. Обломов, зайдёшь после занятий.