Наконец-то вместе

Во время разговора с Шейлой телефон звонил непрерывно. После ее ухода Хильда принесла записи со всеми сообщениями, и Ли их просмотрела. Среди них было два, на которые Ли сочла нужным ответить: одно от Майкла Валенте, второе от Джейсона.

Женщина, ответившая по телефону Валенте, была официальна до грубости. Кроме того, она также была ненужно пытлива и явно не доверяла ответам Ли. Она не только потребовала сказать, по какому поводу та звонит, но и настояла, чтобы Ли дала свой домашний телефон и адрес, после чего велела подождать. Учитывая, что имя Ли вот уже почти неделю склонялось во всех газетах и теленовостях, а со вчерашнего дня связывалось с именем Валенте, было трудновато поверить, что все эти вопросы так уж необходимы. Если женщина — его домоправительница, ей, очевидно, строго-настрого приказано отсеивать таким образом все нежелательные звонки. А если она постоянная подружка, живущая в этом же доме, значит, ее одолевают ревность ко всем женщинам, пытающимся связаться с Валенте, и неуверенность в собственных чарах. Так или иначе, дозвониться до Майкла Валенте оказалось чрезвычайно сложно.

Она сидела с трубкой в руках так долго, что, раздраженная, устав от ожидания, уже хотела уйти, когда Майкл наконец подошел.

— Ли?

По какой-то причине Ли словно ударило током. Нервная система среагировала самым странным образом на звук его голоса и фамильярное обращение. Во всем этом было что-то… ужасно… сбивающее с толку… Смущающее…

— Ли? — повторил он, не дождавшись ответа.

— Да… это я… простите, отвлеклась.

— Спасибо за то, что мужественно выдержали допрос и подождали, пока я возьму трубку. Моя секретарь посчитала вас очередным репортером, придумавшим новый прием вовлечь меня в разговор. Когда я перед этим звонил вам, вероятно, был чем-то занят, иначе не забыл бы оставить номер прямого телефона, что и намеревался сделать с самого начала. Есть новости о Логане?

— Нет, ничего, — пробормотала она, гадая, находится ли он в постоянной осаде со стороны представителей прессы или, не дай Бог, во всем повинна его доброта к ней. Ее одолевало неприятное чувство, что это именно так и есть.

— Ли?

Она прерывисто вздохнула.

— Простите. Вам, должно быть, кажется, что вы говорите в пустоту. Я так надеялась, что пресса оставит вас в покое и что не я виной всей этой мерзости, которую творят с вами.

И не успели слова слететь с губ, как она поняла, что ее надежды абсурдны и, хуже того, она только что грубо намекнула на его подмоченную репутацию и стычки с законом и репортерами.

Ли подперла лоб рукой и закрыла глаза.

— Простите, — уныло повторила она, — я не так выразилась.

— Вам не за что извиняться, — заверил он, и Ли поежилась от его резкого, почти ледяного тона.