Королева Тьмы

Леланд попыталась было возразить, но не стала сопротивляться, когда Филип, бледный и испуганный, взял ее за руку и потянул прочь из зала. Остальные сопровождающие Александры поспешили выйти следом за ними. Шествие замыкали Сэйтан, Деймон и Люцивар."

"Когда двойные створки вновь сомкнулись и Джанелль с Александрой остались в зале вдвоем, Королева Эбенового Аскави опустила скипетр.

— Ты должна была уехать, когда я впервые посоветовала тебе сделать это. А теперь…

Александре потребовалось не меньше минуты, чтобы обрести дар речи.

— А что теперь?

Джанелль не ответила.

Александра покачнулась, сделала шаг назад, пытаясь сохранить равновесие, но комната начала кружиться по спирали, и в глазах потемнело окончательно.

Что, во имя Ада, только что произошло? — удивилась она, снова встав на ноги. Затем Королева Шэйллота огляделась.

Она стояла в одиночестве в центре огромного каменного круга. Пол оказался идеально гладким. Круг окружала сплошная стена, сложенная из обветренных, потрескавшихся камней с острыми гранями, которая возвышалась над ее головой. За этой оградой…

Александра ощутила огромную силу, непрестанно давящую на эту стену, словно что-то пыталось ворваться внутрь и сокрушить это место.

Но где же…

«Мы глубоко в бездне», — произнес жуткий полуночный голос.

Александра обернулась в том направлении, откуда донесся голос Джанелль, и, потеряв дар речи, уставилась на странное создание, стоявшее в нескольких футах от нее. Уставилась на поджарое обнаженное человеческое тело; на стройные ноги, оканчивающиеся изящными копытцами; на тонкие пальцы, вместо аккуратных ноготков на которых росли настоящие когти; на слегка заостренные ушки; на золотистую гриву — не волосы, но и не мех; на маленький рог, закрученный по спирали, растущий в центре лба; на ледяные, древние сапфировые глаза.

«Что ты такое?» — прошептала Александра.

«Я — мечта во плоти, — ответило странное существо. — Я — Ведьма».

Александра попятилась. Нет. Нет! «Значит ты — то, что живет внутри…»

Она не смогла закончить фразу. Отвращение душило ее. Значит, вот что породила ее дочь, Леланд? Вот это?!

«Что ты сделала с моей внучкой?» — требовательно спросила Александра.

«Я ничего не делала с ней».

«Должна была! Что ты сделала? Пожрала ее дух, чтобы воспользоваться плотью?»

«Если ты говоришь о сосуде, который вы все зовете Джанелль, то эта плоть всегда была моей. Я родилась в этом теле».

«Нет! Никогда! Ты не могла родиться у Леланд!»

«Почему?» — поинтересовалась Ведьма.

«Потому что ты — чудовище!»

Молчание, наполненное болью. Затем Ведьма холодно произнесла: «Я то, что я есть».