Кольцо Тьмы

Там оказалось вино, густое, ароматное, такого Фолко никогда не пробовал; никакого сравнения с хоббитанскими винами из Южного Удела — они казались просто водой после такого напитка. На душе от вина стало легче, по всему телу разлилось приятное тепло.

— Ну вот мы и выпили вкруговую, — улыбаясь, сказал Олмер. — Это хорошо — так скрепляют мир между собой настоящие мужчины далеко на востоке отсюда, где растут Голубые Леса Прирунья. Я вижу в этом добрый знак… Кто знает — может, нам ещё предстоит встретиться по эту сторону Гремящих Морей?!. Впрочем, что сейчас рассуждать об этих туманных вещах, Торин! Взамен сломанного топорища я хочу подарить тебе мой посох — сделай из него себе новое, для такого мастера, как ты, это не составит труда. Ручаюсь, оно послужит тебе вернее и лучше старого. Санделло! Давай его сюда.

Торин, похоже, начал приходить в себя; он смотрел на Олмера без страха, но с уважением и каким-то новым интересом; однако при всём при том — и Фолко ясно чувствовал это — перед гномом стояли враги, жестоко унизившие его, но пока бывшие сильнее.

Горбун тем временем принёс золотоискателю длинный белый посох, сделанный из какого-то неизвестного хоббиту материала — не из дерева, не из железа и не из камня. Его поверхность матово поблёскивала, в остальном же он ничем не выделился бы из ряда как следует окрашенных деревянных тростей.

Санделло подал было посох Олмеру, но тот едва заметно покачал головой, и Санделло повернулся к гному.

— Прими это от нас, почтенный Торин, — сдержанно произнёс горбун.

Он протянул посох гному, и Торин, медленно вытянув навстречу обе руки, принял его.

— Попробуй теперь сломать его, почтенный гном, — с улыбкой сказал Торину Олмер. — Но скажу сразу: в своё время мне это не удалось.

Фолко облегчённо вздохнул, видя, как в глазах гнома появилось любопытство.

Торин взял посох за концы — для чего ему пришлось широко развести руки — и напрягся. Посох слегка пружинил в его руках, и гном, особенно не усердствуя, опустил его.

— Укороти его себе по руке, — посоветовал Олмер, — режется-то он хорошо.

— Чего же ты хочешь от нас?! — по-прежнему хрипло произнёс гном.

— Я? От вас? Ничего. Мы встретились не совсем мирно, но расстанемся, хочется верить, понимая друг друга.

— Зачем ты даришь нам всё это?!

Лицо золотоискателя стало серьёзным.

— Я хочу, чтобы вы шли по избранному вами пути во всеоружии, — без тени улыбки сказал он. — Не скрою, наша встреча не была волей слепого случая — я давно хотел повидать вас. Ныне немного отыщется в Средиземье смельчаков, собравшихся пойти в бездны Мории!

— Откуда тебе известно, что мы собираемся делать? — засопел Торин. — И какое тебе до этого дело?!

— Повторяю ещё раз — никакого. Но я ценю храбрость и воздаю ей должное, кто бы ни выказывал её.