Кольцо Тьмы

Час проходил за часом, и когда, по подсчетам Глоина, до брода оставалось не больше двух лиг, из кустов перед ними внезапно вынырнул посланный вперёд Двалин.

— Мы доехали до самого брода, — сообщил он. — И даже перебрались на другой берег. Веорт и Ресвальд остались там на всякий случай.

Пышные степные травы по сторонам всё больше и больше уступали место жестколистным кустарникам; под их корнями замелькали просветы красноватой земли. Холмы стали ещё плавнее и сглаженней; Фолко казалось, что они едут по гигантской стиральной доске — то вверх, то вниз. Солнце уже опустилось довольно низко, и между пригорков пролегли длиннорукие предвечерние тени, когда они услышали в отдалении шум воды; перевалив через последний холм, они оказались на берегу Сираноны.

Некогда почти пересохшая речка благодаря неустанным трудам гномов Казад-Дума ныне вновь была быстра и полноводна, как встарь. Она текла в узком каньоне с красноватыми склонами; берега внизу покрывала бурая галька. Южный берег в этом месте плавно спускался к невысокому перекату; серебристые струи падали вниз с высоты двух саженей. Река на самом перекате действительно была неглубока — по колено гному, по пояс хоббиту. На северном берегу, более высоком и крутом, как раз напротив них, между двумя холмами, пролегла глубокая ложбина, уходившая прямо на северо-восток. Из кустов возле края каньона выбрался Веорт.

— Здесь всё спокойно, — сказал следопыт. — Ресвальд на том берегу, там вроде тоже тихо.

— А ты же говорил — на Сираноне было судоходство?! — удивился Фолко, повернувшись вполоборота к Торину и глядя на пенный бурун внизу.

— Погоди удивляться, — улыбнулся Глоин. — Сейчас ты узнаешь, почему этот брод зовут секретным. Но сначала давайте переберёмся!

Они спешились и побрели по колено в воде, ведя коней под уздцы и борясь с довольно сильным, норовившим сбить с ног течением. Вскоре последний фургон въехал в ложбину на северном берегу, а Глоин и Двалин неожиданно отстали, скрывшись за прибрежными камнями. Все остановились в недоумении.

Раздался глухой подземный шум — словно огромное скопление воды нашло наконец себе дорогу вниз, и в то же мгновение стала уменьшаться и высота порога. Плоская плита быстро опускалась, пока не исчезла совсем в тёмной глубине. Гладь реки сомкнулась, её воды текли теперь спокойно и плавно; утих и шум.

— Это дело рук тангаров Казад-Дума, — предупреждая вопросы, сказал Глоин. — Его соорудили не столь давно — лет полтораста назад. Он известен всем жившим в Мории, но остаётся тайной для всех прочих. Не просите нас показать вам секрет этого устройства — мы давали страшную клятву никогда и ни при каких обстоятельствах не выдавать его.