Сидни Шелдон: Ангел тьмы

"

"— И как? Отчитался? О Боже, именно поэтому ты спал со мной? Чтобы вытянуть из меня как можно больше информации? Заставить развязать язык?

— Нет! — яростно затряс головой Мэтт. — Да, я прилетел сюда именно поэтому, но как только встретил тебя, все изменилось. Клянусь, я ни разу не звонил Магуайру. Отчасти именно поэтому он был так зол на меня вчера. Я исчез и бросил его.

Лайза подтянула колени к груди и поплотнее укуталась простыней, размышляя над сказанным Мэттом. Потом наконец спросила:

— А другая часть? Ты сказал «отчасти». Почему еще он зол на тебя?

Мэтт сглотнул внезапно возникший в горле ком. Можно сказать правду и сейчас. Какая, в сущности, разница?

— Он говорил с Лю. Сказал, что ты изменяла Майлзу и что вполне можешь оказаться соучастницей преступления.

Лайза опустила голову.

— Знаю. Знаю. Я твердил, что все это чушь собачья и ты не имеешь с этим ничего общего. Но он хотел, чтобы я тебя оставил, убрался с виллы и вернулся домой. Люди Лю сфотографировали нас вместе. Он сложил два и два и получил тысячу. Думаю, Денни волновался, что, если меня арестуют, выйдет наружу, что мы работали вместе. Парням из Интерпола не слишком нравится, когда дилетанты вмешиваются в их дела. Дэнни мог попасть в беду, и в лучшем случае его отстранили бы от дела.

— Так ты знал, что я изменяла Майлзу, — вздохнула Лайза. — Знал, и это тебя не задевало?

— Я понятия не имел. Это Магуайр сказал, но я ему не поверил. Супружеская измена не в духе той Лайзы, которую я знаю.

Лайзы, которую ты знаешь! Как трогательно, какая патетика!

Лайза не знала, плакать ей или смеяться.

— Я так тебя люблю, — прошептал Мэтт. — Мне все равно, что было до нашей встречи.

— И зря. Прошлое…

— Осталось позади. Прошлой ночью Магуайр задал мне тот же вопрос, что и ты: насколько хорошо я знаю тебя? Насколько хорошо ты знаешь меня? Тебе интересно, что я ответил?

— Говори.

— Мы знаем все, что нужно знать. Знаем, что любим друг друга. И этого достаточно.

Лайза нежно погладила его по щеке.

— Ты на самом деле в это веришь?

— На самом деле.

— Но если чье-то прошлое — абсолютный кошмар? Что, если все куда хуже, чем ты себе можешь представить? Что, если такое простить нельзя?

— Простить можно все. — Мэтт потянулся к ней. — Я влюблен не в твое прошлое, Лайза. Я люблю тебя.

В этот раз они любили друг друга сдержаннее, чем прошлой ночью. Не так пылко, но нежнее. Если у Мэтта и были сомнения в чувствах Лайзы, все они испарились от прикосновения ее рук, ласки губ, от мягкого убаюкивающего голоса. Я люблю тебя, Мэтт. Люблю.

Потом Мэтт позвонил в службу рум-сервис и заказал два виски. Было поздно, очень поздно, но мысли о будущем не давали им уснуть.

Мэтт заговорил первым:

— Давай сбежим!

Лайза рассмеялась. Она обожала его чувство юмора.