Ангел тьмы

В колледже я тоже не обзавелся друзьями, так как был намного моложе однокурсников. Девушки дразнили меня сосунком. В восемнадцать лет я с отличием окончил Гарвард и тотчас же после получения диплома пошел к Тони, заявив ему о своем решении немедленно отправиться в кругосветное путешествие, чтобы увидеть, египетские пирамиды, пустыню Сахару и все такое прочее, что видели они с Джиллиан.

Тони не хотел отпускать меня одного, умолял подождать, пока у него появится возможность поехать вместе…

Однако неотложные дела удерживали его, а меня подгоняло время, которого, казалось, в моем распоряжении оставалось все меньше и меньше… В результате я отправился один кататься по пескам на верблюдах и карабкаться по ступеням египетских пирамид, повторяя маршрут Джиллиан и Тони. Увы, я пришел к выводу, что в своих детских грезах совершал несравненно более увлекательные путешествия…

Трой замолчал, и я очнулась от оцепенения, в которое впала, завороженная его монотонным загробным голосом. Но как же так, подумала я, ведь у него было все, о чем другие смеют лишь мечтать: огромное состояние, красивая внешность, редкий ум, и тем не менее он сам лишал себя счастливого будущего! Нет, во всем виноват этот громадный дом, с его просторными гулкими залами, длинными коридорами и множеством пустующих и поэтому, возможно, жутковатых комнат, в котором маленький мальчик слишком долго был предоставлен самому себе. Но почему же мы, нищие и презренные Кастилы, всегда верили, что со временем и у нас все сложится не хуже, чем у других людей?

— Мой дорогой Трой! — воскликнула я, целуя его в щеку. — Сколько же всего нам обоим пришлось вынести в жизни! Если бы тогда тебя сопровождал верный друг, ты не разочаровался бы в этом путешествии. Во всяком случае, мы с Томом не пришли бы в уныние от того, что наши детские мечты повидать мир вдруг осуществились бы в один прекрасный день.

При этих словах глаза Троя потемнели.

— Но над вами с Томом не висит злой рок! — возразил он. — А я обречен. У вас еще есть шанс покорить мир, мой же мир навсегда омрачен тяжкими вещими снами, многие из которых уже сбылись, а самым страшным еще только предстоит сбыться. Я уже не раз видел во сне надгробный камень, на котором высечено мое имя. Я всегда был слаб и подвержен меланхолии, как и твоя мать, и это нас с ней сблизило. Когда Ли убежала из дому, мне приснилось, что она умерла, и так оно и случилось на самом деле. Я тоже умру молодым, Хевен.