Ангел тьмы

Под разными предлогами я несколько раз пыталась заговорить с ним о Тони, но стоило мне только затронуть эту тему, как он моментально настораживался.

— Надеюсь, что ты верна своему слову и избегаешь встреч с моим младшим братом, — с подозрением глядя на меня, говорил он. — Имей в виду, что Трой не способен сделать ни одну женщину счастливой.

— Но почему ты так в этом уверен? — недоумевала я. — Разве ты не любишь его и не желаешь ему счастья?

— Люблю ли я его? — хмурился Тони. — Разве тебе не известно, Хевен, что Трой всегда был мне дорог и занимал главное место в моей жизни, я взял на себя всю ответственность за него. Но не каждый способен его понять, он легкоранимый человек, что, впрочем, и привлекает к нему женщин, интуиция подсказывает им, что подобное сочетание чувственности, красоты и одаренности в мужчине огромная редкость! Имей в виду, Хевен, Трой не такой, как все, он постоянно мечется в поисках чего-то и вечно разочаровывается, а потому и не может обрести покоя.

Тони оторвался от утренней газеты и нахмурился:

— Давай прекратим этот бессмысленный разговор. Когда придет время, я сам подберу для тебя достойного молодого человека.

Меня это совершенно не устраивало, я собиралась сама выбрать себе достойного друга жизни. И мне не нравилось, как Тони отзывается о своем младшем брате, по-моему, Трой был просто прелесть! Какой женщине не понравится мужчина, обладающий столькими талантами для создания семейного уюта? Счастлива будет девушка, которая станет женой Троя Таттертона, безусловно счастлива! Странным казалось лишь то, что при всех своих добродетелях у Троя не было ни одной подружки!

Однажды в мае, когда я переодевалась в душевой после занятий в гимнастическом зале, а вокруг меня мылись, причесывались, красились, курили и сплетничали мои одноклассницы, в кабинку ко мне заглянула рыжая девчонка по имени Клэнси.

— Привет, Хевен! — затараторила она. — Это правда, что твоя мать была дочерью Джиллиан Таттертон от ее первого мужа? Все только и говорят сейчас о том, с чего это ты вдруг представляешься ее племянницей, когда всему Бостону известно, что никакая она тебе не тетя. Вот мы и подумали: а так ли уж далеки от истины злые языки…

— И о чем же болтают эти злые языки? — с вызовом спросила я.

— Ну, например, моя мама слышала, будто бы Ли ван Ворин вышла замуж за мексиканского бандита… — И она театральным жестом заколола воображаемым кинжалом свою лучшую подружку, подошедшую послушать наш разговор.

Вся раздевалка замерла, а в душевой секции выключили воду в ожидании моего ответа. Я поняла, что эта атака готовилась заранее, чтобы поймать меня врасплох, об этом красноречиво свидетельствовала и воцарившаяся враждебная тишина.