Двери во Тьме

 – Федь, вот ты как думаешь, если я выход найду, я отсюда все эти свои фантики с собой потащу, а? Мы с тобой по сколько заработали? Ну вот и считай, что если ты мне сбежать поможешь, твое… гм… личное состояние практически удвоится. Не считая всякого имущества вроде машин и стволов. И что, будешь утверждать, что ты все на халяву делаешь?

– Хм… ну ты скажи, – сказал Федька, покачав головой. – А я вроде на халяву делал и этим почти гордился. А заглянул внутрь добрый человек – и опа, вот оно, мое черное корыстное нутро.

– Не-э, – заржал я, – нутро у тебя само полезло, когда ты философствованиями занялся. А это я тебе так, просто про бонус рассказал.

– Ну ты скажи… Ладно, давай тогда за бонусы.

Опять выпили. «Клюковка» шла легко, даже привкус алкоголя слабо ощущался, но забирала она неслабо.

– Вот так разбогатею с тобой, – вновь вернулся к актуальной на сегодня теме Федька, – а потом вместо шикарной жизни здесь буду прятаться. И бонусы не в радость.

– А ты не в Сальцево, ты ниже по реке езжай, – предложил я. – В этот, как его, Пореченск.

На Сальцеве мир не заканчивался, естественно, но мало кто из Углегорска бывал ниже по течению реки. Торговля туда шла больше через сальцевских посредников, а так кататься и причины не было. При этом все знали, что города дальше есть, и люди там тоже живут. И торговцев пореченских в Сальцеве хватало – вон даже за соседним столиком компашка сидит, по разговору судя.

– Там скучнее, говорят, вроде Углегорска что-то. Оттуда все сюда оттянуться едут. Правда, там, как и здесь, дикий капитализм, никаких фокусов в стиле развитого социализма, как у нас.

– Ну все же…"

"– Все же, все же, – передразнил я его. – И насчет «и здесь хорошо» – это ведь только пока. Сколько здесь люди вообще живут? Считаные годы. А сколько еще жить предстоит? Вот лично тебе, Федь, если нигде не нарвешься, несколько веков, прикинь?

– И чего, плохо, что ли? Одной половой зрелости века три – поди, хреново?

– Это если очень просто на вещи смотреть, – возразил я. – А вот прикинь сам, что здесь даже детей ни у кого не ожидается. В чем смысл существования? В сохранении половой зрелости? Не расстаться с комсомолом и быть вечно молодым? Федь, от длительного бессмысленного существования вы просто свихнетесь, деградируете, извращенцами какими-нибудь станете. Как можно столько жить без какой-то настоящей, достойной человека цели?

– Светлое будущее построить, что ли? – засмеялся Федька.

– Да пошло оно, это светлое будущее, – отмахнулся я. – Я об основе существования, продолжении рода: без него ты обречен видеть то, что ты вымираешь, понял? Здесь, в этом мире, ни хрена нам не светит сделать полезного.