Любовь во тьме (ЛП)

Не тогда, когда я впервые пережил сорок восемь часов ада, не тогда, когда я знал, что если я это сделаю, это будет означать еще много дней без нее.

Это было эгоистично, но я был готов на гораздо большее, чем просто солгать, чтобы убедиться, что она останется моей.

Я скоро скажу ей, как только мы установим наши официальные отношения. Как только она поймет, как сильно я ее по-настоящему люблю. Тогда она не сможет меня бросить.

- Так ты извращенец?

Голос и вопрос одинаково пугают меня и вырывают из моих мыслей. Я отворачиваюсь от своего стола и нахожу Сикстайн, Тайер и Беллами в дверях моего класса.

Заговорила Беллами. Они с Сикс входят в комнату, когда Тайер закрывает за ними дверь.

- Прошу прощения? - Спрашиваю я, сбитый с толку.

Сикстайн стоит перед моим столом, скрестив руки на груди и прищурив на меня глаза. Беллами прислоняется бедром к моему столу с подозрительным выражением лица.

- В этом году ты пришел на RCA весь такой угрюмый и загадочный, с твоими идеальными скулами и явным презрением к своей профессии, я имею в виду, о чем это? Тебе пришлось уйти из твоей предыдущей школы из-за какого-то грязного скандала или чего-то в этом роде? - Спрашивает Тайер, беспечно сидя на парте в первом ряду и счастливо болтая ногами.

- Она спрашивает, это что, твоя фишка? - Требует Беллами. - Приставать к девушкам помоложе, спать с ними, заводить с ними отношения?

Это все равно что быть загнанным в угол Крутыми Девчонками. Прошлой ночью я знал, что девушкам необходимо провести обстоятельный опрос, поэтому довольно быстро ушел после того, как они втроем постучали в дверь. Когда Нера пришла позже, она сказала мне, что они часами допрашивали ее в стиле испанской инквизиции. Она пересказала каждую деталь нашей истории, за исключением признания в наших чувствах ранее той ночью.

Я думаю, что часть ее все еще не решается поверить, что это правда, что я действительно люблю ее. В прошлом она была разочарована той же самой реальностью, так что я понимаю.

Это только заставляет меня любить ее еще больше.

А теперь, похоже, настала моя очередь подвергаться допросу.

- Она не девочка, - выдавливаю я из себя.

- Но это твое дело? -Спрашивает Сикстайн.

- Нет.

Тайер наклоняет голову набок и изучает меня, бросая испытующий взгляд, прежде чем решить: - Он не похож на извращенца.

Беллами поворачивает только голову, чтобы посмотреть на свою подругу.

- То, что он сексуальный, не означает, что он не является огромным красным флагом. На самом деле, это, вероятно, делает все еще хуже . - Она задумчиво смотрит на меня в ответ. - Он, должно быть, извращенец.

- Я не извращенец.

- Это именно то, что сказал бы извращенец, - восклицает Тайер, указывая на меня.

Я закрываю глаза, сжимаю переносицу и делаю глубокий вдох, используя все свои запасы терпения.