Любовь во тьме (ЛП)

Я проваливаюсь в легкий сон, где меня мучают счастливые воспоминания о нас с Тристаном, каждое напоминание - новая острая рана в моем сердце. Когда я просыпаюсь поздно на следующий день, у меня нет сил встать и посмотреть миру в лицо. Я не смогу скрыть свое горе от соседей по комнате, и я не могу объяснить это им.

Итак, я остаюсь. Уныние овладевает мной и оставляет меня не более чем живой, дышащей оболочкой. Следующую ночь я провожу, мечась между прерывистым сном и приступами беззвучного плача.

С моей стороны было глупо думать, что я когда-нибудь буду ему по-настоящему небезразлична. Мои собственные родители не могут любить меня безоговорочно, так как же я могу ожидать этого от случайного парня, особенно от того, кто видел столько же моего внутреннего уродства, сколько и он, от того, кого я постоянно отталкивала месяцами.

Хуже всего то, что я знаю, что не могу винить его за это. Я та, кто отказался впустить его. Я все испортила, я потерпела неудачу в этом, как, кажется, всегда и делаю.,,

И даже если бы я впустила его, мы оказались бы в ужасной ситуации, из которой не было выхода. У нас нет счастливого конца.

Гнев и обида, которые я чувствую, затмевают вину, но едва-едва. От осознания того, что он прикасался к ней и, вероятно, провел с ней ночь после того, как мы расстались, меня тошнит. Меня бы вырвало, если бы я недавно что-нибудь съела.

В воскресенье днем я, наконец, встаю с постели. Когда я снова включаю телефон, у меня десятки пропущенных звонков и более сотни сообщений. Я не проверяю ни одно из них. Я пока не готова вернуться в свою новую реальность.

Я заказываю Uber и жду его на ступеньках отеля. Снаружи мрачно и серо, что идеально отражает то, что я чувствую внутри. Я сажусь на пассажирское сиденье и молча смотрю в окно всю обратную дорогу до Загона. В горле у меня ком, из-за которого мне трудно сдерживать слезы, но я справляюсь, как могу.

Водитель паркуется и обходит машину, чтобы помочь мне. Он наклоняется и хватает мой рюкзак, затем протягивает его мне.

- Нера.

Лед пробегает по моему позвоночнику и приковывает меня к месту. Когда я не беру у него сумку, водитель поднимает растерянный взгляд.

Голос гладкий, как жидкое золото, каменный властный тон обволакивает мой затылок подобно физическому прикосновению и подчиняет меня своей воле. От одного его слова у меня дрожат колени, и я готова встать перед ним на колени.

Наша связь выходит из-под контроля; на мгновение это затуманивает мой гнев на него.

Что он здесь делает?

Я не готова иметь с этим дело.

Я медленно поворачиваюсь, сталкиваясь лицом к лицу с Тристаном. Он идет ко мне от своей машины, припаркованной в паре полос движения от меня.

Он выглядит ужасно.

Его глаза ввалились, кожа бледная. Его волосы выглядят взъерошенными и тусклыми. Его одежда помята.