Любовь во тьме (ЛП)

Она встает, наши губы все еще сливаются, и обнимает меня за шею.

- Ты невероятна, - горячо бормочу я ей в губы. - И твои родители придурки, если они этого не видят.

Она издает что-то вроде хриплого хихиканья, от которого мой и без того твердый член становится таким твердым, что я боюсь, как бы он не переломился пополам. Сперма вытекает из моего члена, когда первобытная потребность в ней берет верх над рациональной частью моего мозга. Мое предплечье обхватывает ее поясницу, и я поднимаю ее на руки, обхватывая ее ноги вокруг своей талии.

Она хнычет, и я напрягаюсь, какое-то осознание прорывается сквозь пелену вожделения, напоминая мне, что я жестоко трахнул ее всего несколько часов назад.

- Почему я не могу насытиться тобой, а? - Спрашиваю я, покусывая ее за подбородок, когда поднимаюсь к ее уху и втягиваю мочку в рот. - Мне уже нужно трахнуть тебя снова. Я хочу видеть, как расширяются твои глаза, когда я толкаюсь в тебя, и слышать те хриплые звуки, которые ты издаешь каждый раз, когда я погружаюсь в тебя.

Мне не следовало этого делать. Я сознательно и охотно трахаю студентку неоднократно. Сознательно подвергаю опасности ее репутацию и свою собственную. Сознательно ставлю свои потребности выше маминых, зная, что с каждым разом, когда мы делаем это, шансы на то, что нас раскроют и, следовательно, ей причинят вред, возрастают в геометрической прогрессии.

Я все это знаю и все равно это делаю.

Это становится почти болезнью, эта одержимость обладать ею любой ценой. Меня не волнуют последствия, если это означает, что я овладею ею хотя бы еще раз.

Ее руки играют с моими волосами, ее ногти впиваются в мою кожу и посылают восхитительные мурашки по моей спине. Она выгибается мне навстречу, полностью запрокинув шею и закрыв глаза, когда трется своим нуждающимся центром о мой твердый член.

К черту все это. Я не собираюсь ждать, пока она успокоится.

Наклоняясь, я сметаю содержимое со стола одним резким движением руки. Тарелка отлетает и разбивается о ближайшую стену. Этот звук заставляет глаза Неры распахнуться. Она ошеломленно оглядывается вокруг, оценивая сцену, когда я укладываю ее на теперь уже пустой стол.

Ее глаза снова находят мои, когда я встаю между ее согнутых ног, мои руки собственнически обхватывают ее бедра на мгновение, прежде чем я срываю с нее шорты и трусики.

- Тебе кто-нибудь когда-нибудь говорил, что ты слишком неуравновешенный для профессора?

Ее глаза искрятся озорством и возбуждением, и я знаю, что она увлечена этим так же, как и я.

- Вини во всем эту великолепную болтливую девчонку, которая не дает мне спать по ночам мечтами о ее горячей киске и упругой заднице.

Я грубо задираю свитер на ее груди, издавая стон, когда становятся видны эти тугие пики.