Тление

— Этот вампир напал бы на меня, если бы не умер? — спросила Мона.

— Не знаю, вы тушили огонь, так что вы пытались ему помочь.

— Я не задернула шторы, — возразила она.

— Вы старались помочь, как могли.

Она кивнула, будто бы для нее это что-то значило. Я выудила телефон и напечатала Дольфу, стараясь не раздувать ситуацию с Моной. Какое-то время я размышляла, что именно ему написать, и в итоге отправила следующее: «Ты мне нужен в комнате горничной. Тут что-то не так.»

— Мы с вами раньше встречались? — спросила вдруг Мона.

Она нахмурилась. Я отступила чуть дальше в дверном проеме, чтобы получше видеть коридор, но при этом не выпускать из глаз женщину на кровати. К моему облегчению офицер Кей Бичер шагала в нашем направлении крайне решительно. Я заметила Дольфа — он вышел из номера сразу за ней. Он был намного выше, но мне не нужно было выбирать, на кого из них смотреть.

Кей подошла с улыбкой и поблагодарила меня. Дольф у нее за спиной стоял с нечитаемым и очень серьезным лицом. Она даже обернулась, словно гадала, не влетит ли ей за то, что оставила свой пост на меня. Я подала голос прежде, чем она успела втянуть себя в неприятности.

— Кей, как хорошо, что ты здесь. Мона, офицер Кей вернулась, побудете с ней пару минут? Я скоро вернусь, — я даже улыбнулась, пока говорила это.

Мона кивнула и посмотрела на Кей так, словно ни разу ее не видела, а потом опять уставилась в стену. Стена не казалась мне такой уж интересной — обычная стена в отеле, с комодом, телевизором и зеркалом. Стандартное отельное убранство, но вдруг я поняла, что ошибалась. Зеркало занимало куда больше места, чем обычно. В большинстве дешевых номеров зеркало устанавливают с внутренней стороны двери в ванную или на дверцах шкафа. У многих отелей там была бы картина. Мона смотрела не в стену. Она смотрела на себя. И смотрела так, будто не узнавала того, кого видит. Может, это просто последствия шока, а может и что-то другое.

Когда я вышла наружу, Дольф ждал меня в коридоре. Лицо у него было выжидающе-нейтральное. Он знал, что без серьезной причины я бы не стала его звать. Я прошла мимо него чуть дальше по коридору, и мы оказались ближе к месту преступления и толпе снующих туда-сюда людей. Я остановилась, не доходя до злополучного номера, чтобы никто нас не подслушивал.

— Анита, да говори же, — сказал Дольф.

Я рассказала то, что узнала от Моны.

— Это немного, — констатировал он.

— Факт, но она наверняка ничего настолько ужасного раньше не видела, так что, может, это просто шок.

— Но ты так не думаешь, — заметил он.

— Мне бы хотелось опросить ее и выяснить это.

— Она — героиня. Ее образ в средствах массовой информации уже сформирован, — сказал он.

— Нам нужно знать точно, прежде чем мы поменяем линию повествования, вот и все.