Тление

— Должна была, — согласился Джейк.

— Я хороша, но не божественна, — возразила я.

— Не бог нам нужен, а сильный правитель, однако вы оба испытываете сложные чувства по поводу власти. Владеть ею, использовать ее — все это дается вам с трудом.

— Они боятся, что власть обратит их во зло, — произнесла Родина таким тоном, словно это был ужасный недостаток.

— Если у них с этим сложности, то у меня тем более, — заметил Ричард.

— Да, Ульфрик, у тебя больше всего проблем. Мы не понимали, как сильно твои внутренние конфликты подкосили всех, пока Натэниэл не стал мастером триумвирата Аниты и Дамиана.

— Я даже не знал, что могу нести такую ответственность. Я ведь просто леопард ее зова. Я не обладал парапсихическими способностями, когда был человеком. Все еще не понимаю, как умудрился оказаться во главе этой силы, — сказал Натэниэл.

— В тебе не было внутреннего конфликта. Ты не желал силы, однако ты хотел, чтобы ваш триумвират работал. Ты дал понять, что нуждаешься в Дамиане — Аните и другим, — что чувствуешь его нужду.

— Да, но я думал, что Анита это исправит, она ведь была нашим мастером.

— Анита ненавидит лишать других права выбора. Они с Никки влюблены друг в друга, однако она чувствует себя виноватой за то, что прокатила его, даже если это было ради всеобщего спасения. Вот почему она не прокатила Родину и Ру настолько глубоко, насколько это вышло с Никки.

— Ее стремает, что я не могу сказать ей «нет», — заметил Никки.

— Я могу — теперь, — сказал Дамиан.

— Ты можешь сказать «нет» Аните, но не можешь сказать этого Натэниэлу? — уточнил Джейк.

Дамиан начал было говорить, что может, но вдруг призадумался.

— Я не хочу говорить ему «нет».

— Я не понимал, что происходит, до тех пор, пока не стало слишком поздно, потому что я не должен был владеть вампирскими трюками и прочей магией, — сказал Натэниэл.

— Если бы ты не взял на себя контроль вашего триумвирата, вы все бы погибли в Ирландии. Ваша объединенная сила позволила Аните обратить Родриго и его брата с сестрой в Невест одним лишь взглядом, она же позволила ей поднять армию призраков, чтобы одолеть ваших врагов.

— Хочешь сказать, если бы я по-прежнему мялась и боялась заняться своим триумвиратом, а Натэниэл не влез бы случайно, то… — я замолчала, потому что мне не хотелось этого говорить.

— Именно это я и хочу сказать, поэтому я опасаюсь, что даже с четвертой меткой триумвират Жан-Клода не обретет всего того, чего мог бы достичь.

— Потому что у нас троих проблемы с властью и превращением в настоящих монстров, — подытожил Ричард.

— Анита воспряла и приняла больше силы, чем любой из вас двоих, однако она по-прежнему напугана ею, — заметила Родина и пихнула своего брата. — Либо придуши меня, подчинив, либо убей, либо отпусти.