Тюрьма мертвых

– А, ну так это бывает! К каждому аппарату привязан номер, просто он не высвечивается, но если подобрать верный код, то, конечно, можно дозвониться. У нас такое случается периодически. Люди просто путают цифры и случайно попадают к нам.

– Ясно. – Увлекшись беседой, я не заметил, как мы вернулись обратно к моей комнате.

Инженер достал из нагрудного кармана шариковую ручку и протянул ее мне. Я решил еще раз, прежде чем будет слишком поздно, напоследок перечитать договор, вдруг глаз зацепится за что-нибудь.

«Почему Витя тогда так отреагировал на мои слова о том, что я до сих пор ничего не подписывал?»

В графе «сроки работ» мы прописали восемь месяцев. Нигде не было указано моих паспортных данных или прописки; по сути, договор не имел силы, я подумал: «Почему бы тогда не подписаться чужим именем?» Так я и сделал.

– Вот и славно! Копию оставляю у вас. Ну не будем терять время, работа не ждет. Я, с вашего позволения, удаляюсь.

Пока я отсутствовал, Витя наделал целую кучу заготовок, и я быстро включился в работу.

– Я подписал договор, – ехидная улыбка невольно растянулась на моем лице.

Думаю, я сказал это, чтобы позлить своего напарника, который в прошлый раз чуть не подставил меня. Виктор молчал.

«Должно быть, он сильно расстроен тем, что меня взяли; наверняка грел это место для кого-то из своих».

Мы продолжили молча.

Когда Витя придерживал пруток, я случайно заметил, что у него на обеих руках отсутствуют безымянные пальцы.

«Почему я не заметил это в прошлый раз?»

Пальцы были обрублены под самый корень, такое я видел первый раз в жизни.

– Давно у тебя пальцев нет?

– Что?

– Я говорю, что с пальцами?

– Отрезал болгаркой.

– Болгаркой?!

– Да. – Голос у него раздраженно вибрировал. Виктор явно не желал общения.

«С вопросами к нему сегодня лучше не лезть».

До самого обеда мы проработали в тишине."

"Сегодня мы обедали вместе с Виктором; он сел напротив меня и, уставившись в тарелку, начал хлебать горячий суп. Он ел очень быстро, явно не пережевывая, а как только закончил, сдал грязную посуду и ушел прочь. Он вел себя чересчур раздраженно, это немного выводило меня из себя, но я старался не обращать внимания. После обеда я решил позвонить Алине, она наверняка очень волнуется. Я подошел к одному из аппаратов и, сняв трубку, начал нажимать пальцами клавиши с затертыми от времени цифрами. Спустя полминуты гудков наконец послышался родной голос:

– Алло, – в этих дурацких телефонах одни помехи.

– Привет, родная, это я.

– А, привет, как дела? Куда ты пропал? Почему номер не отображается? – Из-за шипения ее голос звучал так же монотонно и неразборчиво, как тот, что постоянно напоминает мне о приеме пищи.

– Все хорошо, здесь сеть не ловит, дозвониться можно только со стационарного телефона, и они не определяются.