Тюрьма мертвых

– Пожалуйста, дайте мне полчаса согреться и каких-нибудь тряпок, я совсем без штанов, – указал я дрожащими руками на голые ноги.

Старик посмотрел на ноги, но по-прежнему стоял в напряжении и бормотал про себя молитву.

«Я не уйду отсюда, пока не согреюсь, и этот дед меня не прогонит».

– Ты пришел из-за леса? – сурово спросил мужик.

– Да, – нерешительно ответил я, не понимая, что в этом такого.

– За лесом смерть, и ничего, кроме смерти, а ты пришел оттуда, значит – ты смерть, и хочешь забрать меня с собой!

Старик, конечно, говорил правду по поводу того, что находилось по ту сторону деревьев, но палку все же перегибал.

– Нет, я не за тобой! Ты что, старый, не видишь, я в одних трусах тут стою и дрожу, как заливное? Какая я смерть? Мне самому без пяти минут на тот свет! – завыл я, не выдержав.

– Не надо мне тут ля-ля, я был там, я знаю, кто оттуда приходит! – Голос его звучал еще суровее прежнего.

– Да я не из этих, я сбежал, понимаешь? Я живой, такой же, как и ты! Сам посмотри, – выставил я вперед руки, словно на них что-то было написано.

Старик убрал с распятия руку и сунул ее в тулуп, затем достал оттуда бутылек. Открыв зубами пробку, он осторожно подошел чуть ближе, а затем плеснул мне прямо в лицо водой из бутылки.

– Ты сдурел? – Я вытер лицо тыльной стороной ладони.

Мужик нервно сглотнул и опустил распятие.

– Тебе нужно уйти! – скомандовал старик.

– Меня Олег зовут, – попытался я наладить контакт.

– Плевать мне, как тебя зовут, тебе здесь нечего делать!

Кто бы мог подумать, что первая встреча с человеком не из тюрьмы будет такой неприятной.

– Пока не согреюсь – не уйду! – проговорил я сквозь зубы и сжал оттаявшие кулаки.

Старик посмотрел на меня с минуту, затем тяжело вздохнул и направился в сторону своей хибары.

Я снова сел на бревно и вытянул вперед руки.

Дед вернулся из своей хижины, держа в руках кулек. Он подошел ко мне и, грозно зыркнув, схватил ведро с водой и ушел. Через минуту вернувшись, он поставил наполненное снегом ведро к костру, и тот медленно начал таять, превращаясь в воду. Старик то и дело ходил туда-сюда, фыркая и тяжело вздыхая, бормоча себе под нос что-то нескладное.

Я тем временем думал, как мне преодолеть длинное зимнее поле. Дорога наверняка занесена снегом, а топать босиком по сугробам не предвещало ничего позитивного. По-хорошему, нужно было дождаться утра, но мне не терпелось убраться подальше от этого места. И я решил не оставаться здесь и отправиться в путь как можно скорее. От деда помощи явно не дождаться. Кажется, это был какой-то бомж, обосновавшийся здесь на зимовку, а бомжи, как правило, люди не совсем в своем уме. И пытаться просить помощи у такого – лишь трата и без того улетевшего безвозвратно времени.