Тяготы домохозяйства

Мужчина сказал, что Боря выиграл в какую-то квартирную лотерею и теперь ему дают дополнительную жилплощадь, но по условиям выигрыша он обязан сразу заселиться и провести в новом жилье минимум месяц. Риелтор не стал упоминать о том, что квартира находится в самом неблагополучном районе города…

С тех пор Боря стал выигрывать в подобные лотереи каждые полгода.

Молчун

В контору «Муженёк на час» пришёл новый мастер. Мужики его сразу невзлюбили: скрытный какой-то, необщительный, не хочет делиться информацией о том, сколько раньше зарабатывал. Представился Пашей и на собеседовании, вместо того чтобы рассказать о себе, одной крестовой отвёрткой починил директору кресло, очки, кофемашину и настроил кардиостимулятор. Его приняли без разговоров и даже дали форму по размеру.

Коллеги два часа пытали Пашу отборными анекдотами и соблазняли политическими темами, но он не открывал рта, даже зевал одними ноздрями.

В час дня в офисе зазвонил телефон.

– Мальчики, – обратилась менеджер к «мужьям», которые «забивали козла» на коробке от кулера и сплетничали о новеньком «муженьке», – там Подлюгина звонит – просит посмотреть розетку.

Повисла могильная тишина. Подлюгина была легендой. С ней успели поработать все конторы города, даже химзавод. Женщина была способна кричать абсолютно на любых частотах. Если бы горбатые киты умели прикручивать карнизы и вешать гардины, она бы и им доходчиво объяснила, какие они на самом деле рукожопы и лентяи. Ходили слухи, что один таксист, который вёз её всего два километра, настолько упал духом и тронулся рассудком, что сдал права назад в ГАИ и попросил отдать ему взятку, с помощью которой он их купил.

– А давайте новенького отправим! – предложил один из «мужей» по имени Антон. – Пусть молчун пройдёт боевое крещение.

Идея была поддержана. Паша бесшумно появился из единственной тени, которую отбрасывал чайник, чем сильно напугал всех присутствующих, и взял у менеджера адрес.

* * *– Какого чёрта так рано?! – облаяла Подлюгина мастера прямо на пороге. – Я ждала вас в двенадцать, а сейчас – одиннадцать пятьдесят семь!

Паша с абсолютно каменным лицом вытер чужие слюни с лица и, подождав три минуты, ровно в двенадцать молча прошёл в квартиру.

Подлюгина представляла из себя чистое зло в домашнем халате. Она была молода и бесполезно красива. Жить с ней отказывались даже примитивные микроорганизмы, потому в квартире у неё всегда было чисто и неуютно.

– Чего молчишь? Воды в рот набрал? Или просто идиот? – прощупывала она почву для будущих истязаний.

Взгляд Паши был холоден, лицо не отображало ни единой эмоции – хоть сейчас отправляй в Атлантический океан таранить айсберги в отместку за «Титаник»."

"– Глухонемой, видимо! – сделала громогласный вывод Подлюгина.