Тяготы домохозяйства

Ольга Прокофьевна, не могли бы вы замариновать мясо?

– Индейку в соке маракуйи, пожалуйста, – добавила Ксюша.

– Мне почему-то кажется, что маринование грудок – это по части Павла. Особенно не местных, – ответила Прокофьевна, косясь в сторону бледного хозяина дома.

– Можно вас обоих на кухню? – напряжённо улыбаясь, позвала Катя домочадцев.

Платон тем временем поднялся к себе и провёл в комнате весь вечер за чтением новых книг из списка Ольги Прокофьевны.

На кухне Катя долго и упорно объясняла, как важен для её компании этот клиент: рисовала графики, сыпала угрозами, просила угождать любым капризам гостя.

– Не переживайте, Катенька, мы поняли, – ответила Набекрень за всех.

Паша лишь пыхтел без слов. Мужчина выглядел так грустно, что на его скисшем лице можно было сварганить килограмм блинов.

Катя кивнула, а потом, взяв бокалы и ухватив под руку потерявшего дар речи мужа, поспешила в гостиную.

Набекрень нарезала мясо и разложила по кастрюлям. Из красного вина у неё под рукой был только яблочный уксус, из сока маракуйи – тоже он. Уксусом она залила говядину и индейку, предварительно посолив и поперчив.

– Ну как вам? Удобно? – спросила Катя у гостей.

– Да, спасибо. Единственное, мы, кажется, слышали, как ваш чемодан ругался матом и дважды ответил на телефонный звонок, – подала голос Ксюша, вальяжно развалившаяся на диване.

– Не может быть! – прорезался наконец голос у Павла, и в этот самый момент чемодан чихнул.

– Будьте здоровы, – послышалось из кухни.

– Это у нас грызуны завелись, – поспешил с объяснениями Паша, разливая виски по бокалам, столу, брюкам Артура…

– Где грызуны? – Набекрень молниеносно переместилась из кухни в гостиную.

Все, кроме Паши, указали на чемодан.

– Однажды в Штатах я голыми руками убил крысу размером с кошку, – разглагольствовал Артур, оттирая с брюк дорогой напиток.

– Ну вы же мужчина, вам положено быть сильным и отчаянным.

Сказав это, Ольга Прокофьевна подмигнула Кате (мол, я делаю как вы просили – хвалю гостя). Похвала подействовала – Артур расплылся в самодовольной улыбке. После этого Ольга Прокофьевна добавила:

– Мы, женщины, не можем голыми руками.

Взяв в руки лом, который оказался здесь как нельзя кстати, она саданула по чемодану так, что у самолётов в небе сбились радары. Бедный Кац не смог издать ни звука.

– Паш, может ты пока займёшься розжигом мангала? – спросила Катя, глядя на мертвенно-бледного мужа.

– Я помогу! – изъявил желание гость. – У меня как раз есть с собой испанский порох! Прикупил в Барселоне во время последней командировки – лучше любого отечественного розжига!

Мужчины ушли добывать огонь, а женщины остались создавать уют в доме своими красивыми лицами и нарядами.