Тиран моей мечты

В верхнем ящике тумбочки ежедневник мой лежит, в нем на первой же странице — все пароли от моего компа, почты и компьютеров всех сотрудников, исключая Черного и Жукова.

— Нашла в пятницу… — Молодец. Почту проверь. Я послала тебе архивчик с инструкциями. Изучи, там немного. Файл по почте, по служебным документам и договорам, по звонкам и встречам, а еще — по личным пристрастиям Назара.

— О! — я обрадовалась. — И про чай там есть, да? — И про чай есть. Короче, все, что есть — все твое. Звони, если будут вопросы, ладно? Одна рука у меня рабочая, да и голос есть, подскажу, если что.

Мы поговорили еще минут пять о ее здоровье, а затем я положила трубку. И как раз вовремя — в приемную уже заходил Черный.

В темно-синем костюме, белой рубашке и сером галстуке, с бесстрастным, но хищным лицом, он выглядел просто отлично.

И никаких красных носов… — Доброе утро, Назар Миролюбович, — сказала я, непроизвольно поднимаясь со своего места и начиная разглаживать пиджак. Секунд через пять, поймав недовольный взгляд Черного, дернулась и опустила руки.

— Доброе, Кристина. Лера вам уже звонила? Начальство подошло к шкафу, достало из дипломата упаковку с печеньем, открыло ее, высыпало печенье в вазочку и вновь посмотрело на оторопевшую меня.

— Кристина? — Голос стал раздраженнее. — Я задал вам вопрос, потрудитесь ответить.

Я отмерла.

— Звонила, Назар Миролюбович.

— Хорошо, — он сразу потерял интерес к этой теме и зашагал к своему кабинету. — Сделайте мне чаю, пожалуйста.

— Да, сейчас, — ответила я и вздрогнула от громкого хлопка закрывшейся двери.

Даже не спросил, как я себя чувствую, сволочь… Минут через пятнадцать, как только чай более-менее заварился, я постучалась в кабинет Черного и, услышав краткое «да», вошла внутрь. Поставила перед ним на девственно чистый стол чашку и уже собиралась уходить, когда Назар Миролюбович попросил: — Принесите печенье, пожалуйста. Вы ведь не успели его съесть? — Не успела, — я даже обиделась. — Не волнуйтесь, я больше не буду есть ваше печенье.

— Да ешьте на здоровье, — ответил он спокойно, поднимая чашку к губам и делая глоток. Абсолютно бесшумно. — Я еще принесу.

Я промолчала, твердо решив: нет, печенье Черного я трогать не буду. Лучше голод, чем вражеская еда."

"Сходила за вазочкой, поставила ее на стол перед начальником. Он тут же захапал печенюшку и поинтересовался, бросив на меня краткий внимательный взгляд: — Как вы себя чувствуете, Кристина? Сердце забилось чаще.

— Сносно, Назар Миролюбович.

— Хорошо, — он не стал развивать эту тему, кивнул мне на стул. — Садитесь, берите ручку и бумагу. Записывайте.

Минуты две Черный диктовал мне задания на день, делая длинные паузы и по три раза объясняя одно и то же, из-за чего я почувствовала себя идиоткой.