Тёмный трубач

Роун шевельнулась и закрыла руками лицо, пытаясь укрыться от жгучего солнца. Но под ней был не песок, а какая-то ткань, которая мялась и скользила при каждом её движении.

Роун открыла глаза. Сверху был деревянный потолок, а прямо в лицо ослепительно било солнце.

Губы её слиплись и высохли. Ей хотелось воды, жажда была чудовищной. Неподалёку, в солнечном свете, на табуретке стоял графин. Роун приподнялась. Двигаться было чрезвычайно трудно. Ей пришлось собрать всю свою волю, чтобы заставить тело повиноваться. Роун даже и не пыталась встать на ноги, она лишь сползла с кровати на пол и потянулась к скамейке. Негнущимися пальцами она сжала графин, перевернула его, разливая содержимое на пол и на платье, и припала к горлышку.

Вода немного освежила её, прогоняя дурман. Сидя на полу, с графином в руках, Роун огляделась. Она находилась в небольшой комнате с единственным окном, забранным решёткой. Стены были каменные. Её кровать была простой, без всяких украшений. Рядом стояла такая же, на ней лежала Людорика. Её лицо раскраснелось, она тяжело дышала во сне. Роун видела, как Принцесса металась и что-то неразборчиво бормотала.

Две кровати и табуретка с графином — такова была скудная обстановка комнаты. Напротив кроватей располагалась дверь с замком величиной с ладонь. Не оставалось сомнений, что они были пленницами. Но чьими? С большим трудом, преодолевая головокружение, Роун проковыляла к окну. Там она увидела обнесённый стеной двор, массивные ворота. За стенами виднелись верхушки деревьев, а за ними холмы, которые вполне могли быть холмами Хитерхау. В душе Роун затеплилась надежда: «Если это так, то я без труда найду дорогу в лагерь,» — мелькнула у неё мысль.

— Пить, — доносившийся с кровати голос заставил её прийти в себя. Держась за стену, Роун вернулась обратно.

Принцесса пыталась приподняться. Роун двинулась в сторону скамейки, взяла графин и передала его Людорике. Принцесса жадно глотала. Теперь пришла её очередь осмотреться. Её взгляд остановился на окне, она кое-как выбралась из кровати, и, по стенке, медленно побрела к проёму.

Роун последовала за ней:

— Ты знаешь, где мы?

Людорике не пришлось долго осматриваться, чтобы ответить: — Где точно, я не скажу, но этот шпиль, — она подняла вялую руку, — я узнаю. Он находится в пол-лиги от Хитерхау. Мы, должно быть, в каком-нибудь небольшом замке. Может быть, в Фамслоу. Значит это всё-таки Реддик.

— Земля его близких родственников. О, смотри!

У стен стояла карета, на двери которой красовался яркий вол. Окна кареты были тщательно зашторены, кучера и двурогов не было. Но Роун почему-то была уверена, что вчера они приехали именно в ней.

— Карета… — начала было Роун.

— Ну конечно! Но герб на двери!

Роун трудно было понять важность этой мысли.