Тёмный трубач

Это неосознанное желание вырваться на свободу, зародившееся ещё в Школе, стало проявляться здесь, на Клио.

Конечно, если она знает и умеет меньше чем дядя и Сандар, она должна подчиняться им, но она тоже человек, а не запрограммированный ими робот. Конечно, эти мысли пришли к ней не вдруг, но сейчас она готова была дать Сандару настоящий отпор.

Лёгкость, с которой он решил проблему с Принцессой, подействовала как удар кнута; вместо того, чтобы загнать её обратно в рабство, породил сопротивление.

Сандар никогда ничего с ней не обсуждал. Он только отдавал приказы, а она их покорно выполняла. Так они загнали её в кокон полного подчинения, но в коконе развивается личинка, и однажды она вырвется на свободу.

Сандар отбросил станнер. Роун потянулась за оружием, не отводя инструмента от Сандара.

— Преследователи — поблизости?

— Пока нас защищают дисторты, они будут держаться подальше, сами того не понимая. Ты должна это знать. Но это — не надолго. Нам надо спешить.

— Хорошо, — Роун убрала режущий инструмент обратно за пояс, оставив станнер.

— А теперь мы пойдём. Ты понесёшь её.

— Ни к чему хорошему это не приведёт, — ответил Сандар.

— Ты же знаешь, что отец может распоряжаться. Его слово будет последним, как и это твоё путешествие с нами. Надеюсь, ты это понимаешь.

— «Когда у меня будет время, я обдумаю своё будущее», — решила Роун. Сейчас были вещи поважнее: отнести Принцессу в тепло и защитить её от врагов.

— Ты понесёшь её, — повторила Роун.

У Роун кружилась голова от того, что она приказывает Сандару. Но, несмотря на это, ей хватило благоразумия, чтобы, покидая пещеру, замаскировать вход. Ведь то, что она обнаружила, оставалось единственным её козырем. Хотя путь охраняли дисторты, Сандар шёл быстрым шагом; он не собирался рисковать. Роун прикрывала сзади. Так они добрались до лагеря. Дяди Оффласа не было, и Роун приказала Сандару отнести Принцессу в её личный отсек. Она сняла с неё мокрые грязные лохмотья и завернула её в тёплый спальный мешок. Тут-то её и застал глава их экспедиции.

Войдя в отсек, он сразу же посмотрел на Принцессу. По его лицу ничего нельзя было прочесть.

— Принцесса Людорика, наследница Ревении.

Роун заметила, что он держал наготове записывающее устройство — рекодер. Её будут обвинять с её же собственных слов. Но как ещё она могла поступить? Предложение Сандара казалось ей просто диким.

Чётким, бесстрастным голосом, как учили, Роун начала рассказ: шторм, заброшенная башня, побег, пещера и то, что она там обнаружила, рассказ Принцессы о Ледяной Короне и всё остальное.

Дядя Оффлас молча слушал, а Сандар время от времени ёрзал, как будто порывался вставить едкое замечание.

Завершив свой рассказ, Роун ждала, что разразится буря, зная, что слова бывают пострашнее молнии.