Тимиредис

Странно, в книге о морских походах и сражениях бравого лорда Тирса ни о чём таком не говорилось.

Мы выплыли из Китового Киля вчера с рассветом. И идти на северо-северо-восток нам предстояло четыре дня. Первый день было здорово. Мы всей бандой — так Шон обозвал нашу компанию: Аскани, Лива, Кая и меня — носились по кораблю, рассматривая снасти, выспрашивая у команды название разных верёвок, балок, парусов, узлов… Даже карабкались на мачты. Но сегодня мне было паршиво. Вид качающейся палубы вызывал тошноту, есть не хотелось вовсе…

— Кузнечик, взлети над палубой на пару локтей — прекратишь мотаться вверх-вниз, как щепка в прибое, и мутить перестанет. Слушай дальше. Ведь ты в курсе, насколько я востребован — так сказать, в каждой имперской бочке затычка. Но вот сейчас я взял отпуск на недельку… и что произойдёт? Правильно, абсолютно ничего. Будут решать проблемы как-то по-другому, как было до меня, как будет после меня. Или более яркий пример — Императрица Рамин, на которую все молятся до сих пор богам на зависть. Разогнала орков, остановила набеги викингов, заложила несколько новых городов, основала Магическую Академию в Галарэне… и вот её нет уже пятьсот лет. И что, Империя рухнула?

Я уставилась на Шона, пытаясь понять, куда тот гнёт. Сейчас наставник выглядел непривычно — белобрысый, лицо другое, чем-то похожее на Кираново, глаза не карие, а серо-зелёные, с рыжеватыми ресницами. Даже волоски на костистых запястьях из тёмных стали светлыми. И одет Шон был не в привычную чёрную мантию, а в обычное платье — синие штаны с белой рубахой, чёрный кожаный дублет, сбоку прицеплен меч. Вроде он, а вроде и не он… Но зачем Шон так поступил, я понимала. Если всплывёт, что в викинговской гадючьей яме сидел придворный маг Императрицы Астер, хорошо от этого никому не будет. А на корабле несколько десятков человек, и не факт, что все умеют держать язык за зубами…"

"— Я веду к тому, что не переоценивай собственного значения. Если кто-то начнёт толкать тебя на необратимый поступок, внушая, что справишься только ты, — не верь. Мол, сиганёшь вниз головой с утёса, или шагнёшь в жерло вулкана, или сотворишь что-нибудь ещё эдакое офигительно-фатально-неконструктивное — и спасёшь мир — не поддавайся! Шли всех лесом, а сама зови меня. Поняла?

Кивнула. С чего Шона понесло на нравоучения, было ясно: накануне отплытия к Понехъёлду мне ночью опять привиделся Дианур. Сон был короче первого — я обросла колючками, как заправский бешеный огурец, быстрее, чем поняла, кого вижу и что, собственно говоря, делаю. Божество тут же испарилось. Но странный он какой-то… Просто поговорить ему в голову не пришло?

Мой рассказ об этом визите не понравился ни Шону, ни Асу.