Тимиредис

Ой, как же я это, к ней — на «ты»? К Императрице — на «ты»? Но извинюсь потом. Сейчас время важнее этикета.

«Уверена, что сработает? И не извиняйся. Через пару десятков лет будем почти ровесницами».

Второй, перемазанный кровью, рубин клацнул орка по макушке — и тот исчез. Почти мгновенно. Хоть я и ждала превращения, но дрожания, мерцания, расплывания контура не уловила. Просто был шаман — стал гыыр-ыфк. Точнее, не стал, а помчался с визгом куда-то в темноту. Астер примерилась к соседнему. Чпок! Короткий визг — и ещё один жабосвин стартанул вдаль.

— А теперь с другого края… Можешь их считать?

Кивнула. Могу.

Ас остался рядом с Шоном — прищурившись, смотрел на грыхово побоище. Ведь сейчас шаманы демонстрировали весь свой боевой арсенал. Даже если не удастся уничтожить всех, узнаем об угрозе несравненно больше.

«Задача — незаметно извести сколько можно».

Угу. Я, один за другим, передавала Астер липкие от крови рубины, одновременно считая про себя:

«Тринадцать… четырнадцать…»

Сколько времени уже прошло? И почему до сих пор не прибежала охрана?

«Те, кто побежал, — пропали. Бесследно. Фьють! — кинула короткий косой взгляд Астер. — Эльфы следов не оставляют».

Ясно. Значит, не мы одни заняты сокращением шаманьей численности.

«Конечно. Но упор на скрытность. Ибо неизвестно, не остался ли кто-то в трибах, способный общаться через астрал».

«Семнадцать!»"

"«Осталось меньше половины, — пришло от Аса. — Лихо они друг друга колошматят. И, Тим, пока прошло чуть меньше десяти минут».

А мне казалось, больше… Хорошо. Значит, время ещё есть. Почему-то думалось, что самое важное — избавиться от тех матёрых, с четырьмя тенями.

«Как скажешь, — отозвался Шон. — Сейчас ими займусь».

Подплыл по воздуху, макнул пару камней в кровь в ладони, укоризненно заглянул в глаза, мотнул лохматой головой и отъехал на прежнее место.

Чего, спрашивается, ругается? Ущерба с гулькин нос, а пользы уйма — вон двадцатый, юбилейный жабосвин поскакал! Но почему орки до сих пор ничего не заметили?

«Они сейчас видят галлюцинации — кого перед ними ни поставь, хоть жену, хоть родного отца, разглядят заклятого врага и набросятся. Но что-то с этой котловиной не так… Похоже, не только камень — алтарь. Не исключено, что сейчас мы кормим Хашурга».

Гм, о горячей любви орков к жёнам я уже осведомлена.

А вот кормить Хашурга не хотелось бы.

Беззвучно мечущиеся дерущиеся орки, атаки, броски, удары, пара сцепившихся шаманов, катающаяся по земле, почему-то обгорелые трупы — сейчас я видела всё в багровом свете ясно, как днём. Два мастодонта, начавшие бой, до сих пор держались на ногах, окутанные ржаво-рыжим туманом, искрящим чёрными молниями.